— Ведомство разрешило опыты, — отозвался химик. — План у меня есть. А вот твоего я не видел. Может быть, это нам с Гедимином пора написать Нгылеку, что ты саботируешь исследования?
Сармат дёрнулся, как от удара током, и Гедимин удивлённо мигнул, — он ещё не видел, чтобы Константин так быстро менялся в лице.
— Теперь я понимаю, почему у нас никогда не было учёных, — пробормотал командир и, развернувшись, ушёл за свой стол. Гедимин и Хольгер переглянулись.
— У нас были учёные, — стиснул зубы Линкен. Константин коротко фыркнул и отвернулся.
Гедимин взял ежедневник и пролистал страницы плана.
— У тебя есть всё это? — слегка удивился он, перечитав названия веществ. — Все образцы?
— Небольшая часть, — покачал головой Хольгер. — Постараюсь получить недостающее. Я почти уверен, что люди что-то упустили. Должен существовать надёжный стабильный барьер для омикрона. Не уран и не плутоний. Что-то другое.
— А, Джед, — Кенен, застигнутый врасплох у двери, быстро огляделся по сторонам в поисках путей отхода — но не нашёл их и широко улыбнулся, изображая дружелюбие. — Читал новости? Ассоциация старейших народов Атабаски выступает за разрушение Периметра — он мешает миграции диких животных и портит аборигенам охоту.
— А, — Гедимин попытался было вспомнить, о каких народах идёт речь, и где он слышал это название, но перехватил взгляд Кенена, устремлённый на дверь, и выкинул ненужные мысли из головы. — Где бериллий?
— Что? А, да, бериллий, — учётчик улыбнулся ещё шире и похлопал себя по карманам. — Я хотел зайти к тебе с вечера, но отвлёкся. Вот твой бериллий.
Твёрдый, прохладный на ощупь обломок был запаян в непрозрачный серый скирлин — криво, неплотно, либо в сильной спешке, либо кем-то, у кого не было ни упаковочной машины, ни достаточно прямых рук. Гедимин надорвал обёртку, заглянул внутрь и довольно усмехнулся.
— Сойдёт. Я что-нибудь должен?
— О-хо-хо… Джед, ты не отделаешься ремонтом миниглайда, — развёл руками Кенен. — И пригоршней значков тоже. Этот образец, считая затраты на пиво, обошёлся мне в пятнадцать койнов.
Гедимин недоверчиво сощурился и крепко взял учётчика за плечо. Тот дёрнулся, пытаясь вывернуться, и заискивающе улыбнулся.
— Джед! Вот зачем сразу распускать руки?!
— Что тут такое? — один из сарматов-рабочих со станции заглянул из вестибюля в коридор и широко ухмыльнулся. — А, Маккензи. Не слушай его, теск, он всё врёт. Хочешь, я подержу его, пока ты бьёшь?
Гедимин изумлённо мигнул и внимательно посмотрел на Кенена. Тот съёжился и вжался в стену.
— Рик, имей совесть! Когда я тебе врал?! Ты сам согласи…
Гедимин встряхнул его за плечо, и Кенен, втянув голову в плечи, замолчал. «Рик» снова ухмыльнулся.
— Ага, так его! А я ещё троих из смены позову. Держи его!
Дверь закрылась. Гедимин разжал пальцы и толкнул учётчика в плечо, направляя его к запасному выходу.
— Живо наверх! Через завод пройдём…
Кенен обрадованно закивал и быстро, почти бегом, направился к двери. Гедимин догнал его на галерее, на полпути к топливному цеху.
— Кому ещё ты успел подгадить? — спросил он, придержав учётчика за плечо. Тот развёл руками.
— Джед, я сам не понимаю, чего он ко мне привязался. Ты ведь меня знаешь, я мирный обыватель…
— Знаю, — кивнул сармат. — Ходи осторожно, мне тебя сторожить некогда. Что там с платой за бериллий?
— А, плата… — Кенен на секунду задумался. — Пять койнов, Джед. Только по дружбе, себе в убыток.
Гедимин хмыкнул.
— Значит, твоя шкура стоит десять койнов? Недорого. Ладно, вечером скину.
Над заводом поплыл протяжный гудок — сигнал к началу рабочей смены. Через три секунды Гедимин скатился с крыши на платформу притормозившего глайдера и уже там смущённо хмыкнул и потёр ушибленную ладонь. Сарматы-рабочие, видевшие его прыжки по стенам, молча ухмылялись. «Сократил дорогу,» — подумал Гедимин, убедившись, что и с глайдером, и с его рукой всё в порядке. «Глупо, но иногда уместно.»
Когда он добрался до ангара, ворота были открыты; глайдер с «научной командой» уехал на пару минут раньше. Хольгер, увидев ремонтника на пороге, оживился и двинулся навстречу.
— Бериллий, — Гедимин протянул ему надорванный пакет.
— Кенен помог? — Хольгер настороженно посмотрел на ремонтника. — Сколько взял?
Сармат отмахнулся.
— Ты ничего не должен. Нужны будут деньги — я скажу.
Хольгер достал ежедневник и что-то в нём отметил.
— Когда ты собираешься дублировать записи? — недовольно спросил из своего угла Константин. — Так и жду, что твой ворох листков упадёт в лужу кислоты.
— У меня нет привычки разливать кислоту, — рассеянно отозвался Хольгер. — Итак, бериллиевая линия… Гедимин, ты очень занят сегодня? И ещё — могу ли я воспользоваться твоим сканером?
