Чай остывал. Жанна сделала небольшой глоток и поставила чашку на блюдце, стоящее на перилах балкона. Она инстинктивно придержала чайный прибор ладонью, дабы тот не поддался порыву ветерка и не опрокинулся в морскую пучину, которая в настоящий момент была далеко не пучиной, а лишь слегка плескающимися волнами, где-то там внизу. Номер Жанны находился на девятнадцатом этаже отеля.
Солнце скрылось за морской гладью и закатилось за тень Черного замка. Каждый день Жанна, как завороженная смотрела не него перед тем, как лечь спать. И каждый раз ей казалось, будто в замке кто-то есть. Не обслуживающий музейный персонал, наподобие загадочного смотрителя с двумя высшими образованиями и нестареющим взглядом, а кто-то… кто-то ещё, совсем другой, совсем настоящий… или совсем ненастоящий… кто-то…
На экскурсию к смотрителю Жанна так и не вернулась. Оставалось три дня, и труппа тронется дальше, уже на север, покорять сердца владельцев металлургических холдингов и нефтедобывающих корпораций. Три для и никаких загадок.
Жанна собралась уже, забрав чайные принадлежности с балкона, вернуться в номер, как ей показалось, что она смогла разглядеть огонек там, на самой вершине замка. Жанна замерла. У неё мгновенно перехватило дыхание. Она превратилась в одно только зрение. Темнота. Чёрное величественное сооружение с нагромождением множества окон, зеркал, металлических конструкций, и прочего материала. Да это может быть все, что угодно. Отсвет от… чего угодно.
Жанна не двигалась с места. Всего километр, какой-то километр до самого таинственного сооружения Города. Штиль. Город внизу был неслышен. Ветер слегка ласкал убранные назад волосы.
Снова огонь! Маленький, словно кто-то чиркнул спичкой. Словно проводка искрит, словно… но оно там. Оно там, где экскурсии не проводятся, в месте, о котором не говорится в буклете. Там, где ничего не должно быть…
Пять минут понадобилось Жанне, чтобы надеть спортивный джинсовый костюм, натянуть высокие белые кроссовки и выскочить из номера в облачении, видеть в котором её никто не привык.
– Сударыня! – спохватился охранник, наткнувшись на Жанну, выбегающую из своего номера.
– Мне нужна карета, и поскорее, – кинула она в ответ.
– Будет исполнено. Сию минуту. Пауло, а ну живо!
– Вы уверены, что нам сюда? – настороженно спросил охранник, прося кучера остановить карету.
– Да. Я пойду одна. Оставайтесь, пожалуйста, на месте.
– Но, сударыня…
– Это приказ. – Жанна с гордостью почувствовала себя своим отцом. – Если что не так, я позову. Ближе не подходить. Оставайтесь на этой улице.
Оба охранника спустились с кареты и растерянно смотрели друг на друга.
Жанна тем временем быстро перешла на другую улицу, завернула за угол и направилась к входу в поместье Чёрного замка. Улица, как и все улицы в Городе были хорошо освещены. Время было ещё не столь позднее, ей навстречу попадались прохожие, с разных сторон улиц доносился отдаленный цокот копыт.
Перед главным входом в поместье замка, располагалась небольшая площадь, окруженная, горящими фонарями. Посреди площади бил фонтан. Далее от площади в сторону ворот удалялась аллея, по обе стороны которой выстроились маленькие статуи. Аллея также освещалась, но уже скромнее. По пути к воротам, статуи сменились кустарником и вплоть до самых ворот окружали тропу уже ничем не освещаемую. Чем ближе Жанна приближалась к воротам, тем чаще билось её сердце. Под ногами хрустел гравий. Каких-то десять шагов отделяло её от главного входа. Вот кустарник закончился, и во тьме уже можно было различить площадь, выложенную булыжником, и возвышающиеся над ней ворота, отлитые, видимо, ещё в те времена, когда рыцари со всего света рубили друг другу головы за право обладания дамой своего сердца.
«Итак, – думала Жанна, глядя на груду, хоть и отчасти изящного, но непреступного металла, – что-то мной овладело, какой-то безумный порыв, какая-то детская тяга к тайне. Я, завидев огонёк со стороны замка, решила выяснить его источник. Учитывая, что огонёк мог мне привидеться, что полностью лишает мое появление здесь какого-либо смысла, я, тем не менее, пришла прямо в логово Дракона».
Жанна представила, как она выглядит со стороны и ей стало смешно.
«Как в кино, ей Богу».
Она прошлась вдоль ворот. К её разочарованию с противоположной стороны была лишь кромешная тьма. Она дернула за один из шпилей ворот. Ворота не произвели ни малейшего движения, шума и не дали ни малейшего повода подумать о том, что их может что-то поколебать, пошатнуть или сдвинуть с места. Тоже можно было сказать и о калитке, расположившейся слева от центра ворот. Её высота была под стать самим воротам, чьи пики терялись в темноте на уровне пяти метров, и составляла, по меньшей мере, два с половиной метра.
Жанна продолжала стоять, оглядываясь по сторонам, и не зная, что дальше делать. Она уже начала сомневаться в целесообразности своего ночного путешествия и приступила планировать свой дальнейший вечер, связанный с теплой ванной, бокалом вина и мягкой постелью.
