Что значит чувствовать себя проигравшим? Или побежденным? Побежденным навсегда, без права на реванш! Без права, обусловленного исключительно собственной волей. Ведь если воля отказывается от тебя с твоего попустительства, то ты лишаешься всех прав. Симба устал, он устал и остро это ощущал каждой клеткой своего организма. Ему было стыдно, стыдно за себя, за свой возраст, за свой опыт, за свои погоны, за свою деятельность, ему было стыдно за всё. В его воображении, не переставая, проносилась сцена минувшей ночи: он входит в оцепленный «спецназом» клуб, вдоль всех стен, лицом к ним, стоят посетители с убранными за голову руками под прицелом боевиков. У всех собраны документы, где-то, то снизу, то сверху, то рядом разносятся звон, гром, крики, топот. Один клуб, второй, ресторан, ещё один, отель, бар, везде одно и то же. Звон, гром, крики, топот, автоматы, документы, наручники, плач, лязг, скрип, вспышки, и больше ничего…
Операция провалена. Никого из тех, кто был её целью, найти не удалось. Никого! Всё прошло впустую, мимо, бесполезно, бессмысленно, позорно. Позор! Провал и позор. Симба хотел провалиться сквозь землю, исчезнуть, раствориться, забрав с собой помять о себе.
«Зачем я жил? Что я сделал? Я уже ни на что не способен. Как я буду дальше жить, как я перенесу пенсию, которую мне назначат за работу, выполняемую мной всю жизнь и проваленную в самый последний момент?»
— Успокойся. Ты, честно скажи, верил в то, что твоя задумка удастся? — спрашивал Гашек Симбу.
По окончании рабочего дня Ян заехал к Симбе домой. С утра он узнал о срыве операции, и весь день пытался дозвониться до друга. В отделе ему сказали, что Симба взял отгул, домашний телефон не отвечал. Симба отключил звук и весь день просидел в кресле, глядя в экран телевизора, не обращая внимания на то, что показывали. Ближе к вечеру он сам позвонил Гашеку и пригласил его к себе.
— Я не думал о том, стоит верить или нет, я выполнял свою работу, — ответил Симба.
— Ты же понимаешь, сколько в полиции лишних ушей и прочей, — Ян вспомнил о Рике, — кротообразной живности. Такую операцию в тайне сохранить нереально. А если учесть, кто за нашей темой стоит, то и подавно.
— Я устал, — прошептал Симба.
— Я знаю, друг, — сочувственно произнес Ян, — поэтому, давай-ка, прямо завтра напиши заявление и дай ход своей долгожданной пенсии. Я лично давно её жду. И Роза твоя. Кстати, где она?
— Уехала к племяннице.
— Точно? Или ты её сплавил по-тихому, чтобы она твоей карьере не мешала? — Гашек повел тактику веселого ободрения.
Симба ухмыльнулся.
— Давай, пиво откроем, я зря принес что ли? Кстати, когда твой шеф из командировки возвращается?
— В середине следующей недели, — ответил Симба — а что?
— Наверняка, он уже всё знает. И вряд ли он рад. Напиши завтра, и с понедельника. Так же можно? Кто и.о. твоего шефа?
— Я.
— Ах, вот в чём ещё одна причина такого простого замеса. То есть, ты можешь написать выше, а там… Короче, ты уже переступил порог пенсионного возраста, поэтому, не думай. Пиши. Договорились?
— Договорились, — спокойно ответил Симба.
— Я не верю своим ушам! Серьезно, договорились? — не успокаивался Гашек.
— Да, — подтвердил Симба.
— Хоть ты и не особенно многословен нынче, я тебе поверю. И всё забудь. Пока я не раскопаю что-нибудь. А я обещал тебе. Так что, не волнуйся, дело твоё не умрет с твоим выходом на заслуженный отдых. А у меня куча времени впереди. Буду вести два факультатива. Меня не затруднит.
— Какие два?
— Лучше тебе не знать. Решишь ещё, что я спятил. Давай лучше о наших делах. Первое, ты торжественно вручишь мне бортовой журнал Термита, расскажешь всё, что я ещё не знаю, ну и сдашь мне все свои явки, со стукачами, прошу обратить внимание. Мне и больше никому. Ведь у тебя есть кто-то, о ком в отделе не знают? Есть. И, думаю, ещё много чего есть. Договорились?
— Договорились.
— Ты очень и очень напряжен. Я не отпущу тебя к жене, пока ты не достигнешь полного расслабления и удовлетворения от прожитых лет. Держу пари, ты весь мозг себе съел за сутки. Брось, сплюнь, забудь, забей. Всё это мусор. Ты должен начать новую жизнь, ты должен…
— Я должен был уйти достойно, — прервал Гашека Симба.
Гашек закрыл глаза.
— Не будь ребёнком, в конце концов, — начал он, — ты всю жизнь достойно работал, и эта очевидная для всех маленькая неудача никак не может бросить тень на всю проделанную тобой работу. Это просто смешно. Мы уже всё решили. А подробности обсудим завтра вечером. Так, я выходной в субботу. Роза когда возвращается?
— В воскресенье.
— Жаль, в воскресенье я дежурю. А так бы вас обоих спровадил бы на острова сразу же. Как с домом-то? Совсем забыл.
— Бронь. Аванс я внёс. Осталось доплатить и всё.
— И всё, это что?
— Дом готов для жилья, приезжай и живи. Ничего делать не нужно. Только доплатить и всё.
— То есть, ты хоть сейчас можешь доплатить, а завтра выезжать заселяться? — удивлённо спросил Гашек.
— Да, именно так, — ответил Симба.
Яну показалось, что мрачные мысли Симбы начали рассеиваться.
