Переходя в семью младший, или младшая, признает за саном (солнцем) права Первого в семье, отца и полноправного мужа или жены. Это не рабство, но что-то очень близкое к нему. В редких случаях содержанец может что-либо не сделать, отказаться выполнять волю сана, но сделать что-нибудь против его воли, или не получив разрешения не может. Сан-контракт был довольно частым явлением раньше, в изоляции, когда жизнь была тяжелее и беднее. Когда бывали случаи, что человек не мог себя прокормить, и тогда он становился нахлебником-содержанцем, лишаясь свободы. Или же присутствовали какие-то страсти и драмы, и безумно влюбленный отказывался от свободы лишь бы быть рядом с предметом своей страсти.
Кстати, роль сана не так уж завидна - он несет полную и абсолютную ответственность за содержанца, за его жизнь, здоровье и поступки. Если содержанец ослушается сана, тот может его выгнать и ни одна семья уже не примет его. Если сан будет виновен в гибели содержанца или будет с ним плохо обращаться - это позор на весь род и близкие предпочтут отказаться от такого родственника.
Что же такого Представитель сказал сестре и как он это сказал, раз она пошла на такую крайность? Такой демарш - объявить себя его содержанкой. Я слабенькая и глупая буду подчиняться тебе во всем, а ты будешь отвечать за все мои действия и сохранность моей жизни.
А может быть, она опасалась каких-то планов на ее счет со стороны русов, и роль безвольной содержанки свяжет им руки? В любом случае, роль 'пэта' не даст русам понять какова Ара-Лин на самом деле - сестрица умеет качественно притворяться слабой глупышкой.
Эх сестрица-сестрица, неласковая Судьба тебе досталась...
Дни летели за днями, теперь не Ара-Лин, а Эзра пересылал мне письма Солнышка, и еле слышной занозой засело в сердце беспокойство за сестру. Новостей от нее не было, единственное, что я получал - это весть о том, что она жива и здорова. Если бы это было не так, русы обязаны были бы сообщить - раз таких сообщений нет, значит... жива и здорова. А где она? Что с ней? Не знал никто. Вроде бы мелькала рядом с Представителем на официальных мероприятиях... На этом все.
Отец все так же торчал в РФ, а Даниэль вел дела семьи на Синто.
От грустных мыслей спасала работа, ежедневные письма матери с маленьким Виком и Лани на руках да редкие письма Солнышка. Она терпеливо ждет, когда закончится мое посольство в ЕвСе и тогда сорвется со своей работы, мы поженимся и в следующее назначение уже поедем вместе. Благо у нее второй ранг и она легко станет Викен, никакие семейные расклады не помешают.
Так пролетело полгода.
Утром выходного дня мы с Нэком направлялись на прогулку - обязательную церемонию, как мы шутили с долей горечи: 'Выгул послов'. Мы прогуливались, раскланивались, перебрасывались парой фраз, выслушивали или передавали сплетни - ежедневная рутина, как перекличка. Нэк уже сел в флаер, когда я услышал:
- Ронан!
У меня екнуло сердце. Сестра! Боясь поверить, я оглянулся. Она бежала к нам, недовольно хмурясь.
- Ты что!!! Сбрендил? А? - зло спросила она.
- Ара-Лин! Как? Как ты здесь оказалась?
- Ты что, не получал письма... официального?
Я перевел взгляд на Нэка - он разбирается со всей корреспонденцией. Тот съежился под нашими с сестрой взглядами.
- Ну ладно, - сменила гнев на милость Ара-Лин, - ты рядом и я тебя никуда не отпущу.
- Угу, - согласно кивнул я.
'А с тобой я позже разберусь' недобрым взглядом пообещал я Нэку.
Сестра еле сдерживалась пока мы шли обратно в посольство, а зайдя в здание повисла на мне с радостным писком.
- Братец, миленький, как я соскучилась, - лепетала она.
- Я тоже, сестричка, я тоже.
Наши эмоции не помешали нам пройти очистку и 'сжечь' по паре жучков на каждом. Наконец мы расположились у меня в комнате, сестрица котенком умостилась у меня на коленях, и я баюкал ее, пересказывая новости из дома.
Когда все было рассказано, я погладил ее отросшую косу, пытаясь скрыть волнение, и спросил о том, что беспокоило
- А ты как?
- Неплохо, как видишь, - ответила она, пожав плечами и пряча глаза, - восстановилась полностью, даже летные навыки вернула, правда еще не до конца.
- Ты знаешь, что я не о том, - тихо ответил я, - Сан-контракт...
