– О,
– О боже мой!.. Это…
Она прошлась пальцами там, куда он указал.
– Вашей шее скоро будет лучше. Слишком много сидели, Андзин-сан!
– Очень хорошо, Кику-сан. Вы почти превзошли Суво!
– Ах, спасибо. Марико-сан, у Андзин-сана такие широкие плечи, вы мне не поможете? Просто поработайте с его левым плечом, пока я займусь правым. Извините, но мои руки недостаточно сильны.
Марико позволила себя уговорить. Кику спрятала улыбку, когда он возбудился от прикосновений Марико, и порадовалась своей изобретательности. Гость доволен благодаря ее искусству и знаниям. Теперь им можно управлять, как это и должно быть.
– Уже лучше, Андзин-сан?
– Хорошо, очень хорошо, спасибо.
– О, я рада за вас. Мне приятно. Но госпожа Тода намного искусней в этом деле, чем я. – Кику чувствовала их взаимную тягу, которую они пытались скрыть. – Теперь, может быть, немного поедим?
Еду тут же принесли.
– Для вас, Андзин-сан, – гордо провозгласила она.
На блюде лежал небольшой фазан, нарезанный на мелкие кусочки и зажаренный на открытом огне. Он был полит сладким соевым соусом. Она положила кусочек Блэкторну.
– Превосходно, превосходно! – воскликнул он, не кривя душой.
– Марико-сан?
– Спасибо. – Марико взяла маленький кусочек, но не стала есть.
Кику подхватила кусочек палочками для еды и с удовольствием сжевала.
– Хорошо, правда?
– Да, Кику-сан, это превосходно! Прекрасно!
– Андзин-сан, угощайтесь, пожалуйста! – Она взяла второй кусок. – Здесь еще много.
– Спасибо. Как это готовится – вот это? – Он указал на густой коричневый соус.
Марико перевела для нее.
– Кику-сан говорит, что это сахар с соей и капелькой имбиря. Она спрашивает, есть ли в вашей стране сахар и соя.
– Сахар из свеклы делают, а сои нет, Кику-сан.
– О, как можно жить без сои? – Кику напустила на себя важность. – Пожалуйста, скажите Андзин-сану, что мы уже тысячу лет употребляем в пищу сахар. Буддийский монах Гандзин привез его к нам из Китая. Все лучшее пришло к нам из Китая, Андзин-сан. Чай мы стали пить около пятисот лет назад. Еще один буддийский монах – Эйсай – принес несколько семян и посадил их в провинции Тикудзэн, где я родилась. Он также дал нам дзен-буддизм.
Марико перевела с такой же важностью. Тут Кику расхохоталась:
– Ох, извините, Марико-сама, но вы оба выглядите такими серьезными. Я и притворилась такой же важной с этим чаем – как будто это имеет значение! Я только хотела развлечь вас.
Они наблюдали, как Блэкторн расправился с фазаном.
– Вкусно, – похвалил он. – Очень вкусно! Пожалуйста, поблагодарите Гёко-сан.
– Она будет польщена. – Кику налила им обоим еще чая. Потом, зная, что наступил удобный момент, невинно осведомилась: – Можно у вас спросить, что случилось сегодня во время землетрясения? Я слышала, Андзин-сан спас жизнь господину Торанаге. Я сочла бы за честь услышать это из первых уст.
Она терпеливо внимала рассказу, позволив Блэкторну и Марико заново пережить все волнующие перипетии, вставляя к месту «ох!» или «а что же дальше?», подливая саке, не прерывая, – идеальный слушатель.
И когда они закончили свою повесть, Кику восхитилась их смелостью и тем, как повезло господину Торанаге. Они поболтали еще немного, потом Блэкторн встал, и служанке велели показать ему дорогу.
Марико нарушила молчание:
– Вы никогда прежде не ели мяса, Кику-сан, правда?
– Это моя обязанность – делать то, что будет приятно гостю, только и всего, правда?
– Я никогда не догадывалась, сколь совершенна может быть госпожа. Теперь я понимаю, почему «плавающий мир», «мир ив» должен существовать всегда, и как счастливы мужчины, и сколь многого не дано мне.
– О, я не ставила себе такой цели, Марико-сама. Мы здесь только для удовольствий, скоротечного наслаждения.
– Пусть так, но я восхищена вами. Мне хотелось бы быть вашей сестрой.
Кику поклонилась:
– Я недостойна такой чести.
Обе женщины ощутили, как между ними зарождаются теплые чувства.
Потом куртизанка тихо сказала:
– Это потаенное место. Нам можно довериться. Здесь нет любопытных глаз. Комната для удовольствий в саду очень темная, если вам желательна темнота. Она скроет все секреты.
– Единственный способ сохранить тайну – это прошептать ее в пересохший колодец глухой полночью, когда луна стоит высоко, – пробормотала Марико, выгадывая время, чтобы принять решение.
– Между сестрами не нужны стены. Я отпустила служанку до утра. Наша комната для удовольствий – очень уединенное место.
– Вы должны быть с ним одна.
– Я всегда могу быть одна, всегда.
– Вы так добры, Кику-сан, так предусмотрительны.
– Это волшебная ночь, да? И совершенно особенная.
– Волшебные ночи слишком скоро кончаются, сестричка. Волшебные ночи для детей, правда? Я не ребенок.
– Кто знает, что случится волшебной ночью? Темнота скрывает все.
Марико печально покачала головой и нежно коснулась плеча Кику:
– Да. Но если она вместит вас, для него этого будет уже достаточно.
Кику отступилась. Потом позволила себе догадку:
