– Может быть, вам лучше покинуть меня? Мне еще так много надо сделать…
– Да, госпожа, я тоже так думаю! – согласилась Гёко. Голос ее стал вдруг жестким. – Господин Торанага просил меня лично рассказать ему все, что я знаю о вас и Андзин-сане. Сегодня днем. Я склонила его к мысли, что между вами ничего нет. Я сказала так: «О да, господин, до меня тоже дошли эти грязные слухи, но в них нет ни слова правды. Я клянусь в этом жизнью моего сына и его сыновей! Если кому и знать, то, конечно же, мне. Положитесь на меня: все это злобная ложь – сплетни, домыслы завистников, господин…» О да, госпожа… Для меня ведь это тоже было неожиданно, но моя игра убедила его, и он мне поверил. – Гёко залпом выпила саке и горько добавила: – Теперь мы все погибнем, если у него появятся доказательства, а ведь добыть их нетрудно…
– Теперь?
– Конечно. Подвергнуть Андзин-сана пыткам, какие в ходу у китайцев. Тиммоко, меня, Кику-сан, Ёсинаку… Извините, даже и вас, госпожа. Китайским пыткам.
Марико сделала глубокий вдох:
– Могу я… могу я спросить у вас, почему вы подвергли себя такой опасности?
– Потому что в определенных обстоятельствах женщины должны защищать друг друга от мужчин. Потому что на самом деле я ничего не видела. Потому что вы не причинили мне вреда. Потому что вы мне нравитесь, вы и Андзин-сан, и я верю, что у вас обоих особая карма. И потому, что я хотела бы видеть вас живой и своим другом, а не мертвой, и потому, что мне интересно смотреть, как вы, мотыльки, летите на огонь жизни.
– Я не верю вам.
Гёко тихонько рассмеялась:
– Благодарю вас, госпожа. – Став хозяйкой положения, она заговорила с полной искренностью: – Очень хорошо, я назову вам настоящую причину: мне нужна ваша помощь. Да, Торанага-сама не удовлетворил мои требования, но вы наверняка сможете придумать, как этого добиться. Вы – единственный шанс, который я имела и могу еще иметь в этой жизни, и я не в силах так легко от него отказаться. Ну, теперь вы знаете. Пожалуйста, я почтительно прошу вас помочь мне с моей просьбой. – Она положила на футон обе ладони и низко поклонилась. – Пожалуйста, извините мою несдержанность, госпожа Тода, но все, что я имею, будет вашим, если вы мне поможете. – Она снова уселась, оправила складки кимоно и допила свое саке.
Марико пыталась все обдумать. Интуиция подсказывала ей, что этой женщине можно довериться, но мысли Марико все еще пребывали в некотором разброде. Сначала ее ошеломила разгадка поступков Торанаги, затем потрясло облегчение оттого, что Гёко не выдала ее, против ожидания. Поэтому она решила отложить решение, обдумать его как следует на холодную голову, когда успокоится.
– Я постараюсь. Прошу вас, дайте мне время.
– Я могу вам дать даже больше. Вы слышали про секту Амиды Тонга? Убийц?
– Да, а что они…
– Помните тот случай в Осакском замке, госпожа? Наемный убийца тогда покушался на Андзин-сана, а не на Торанага-сама. Старший домоправитель господина Киямы заплатил две тысячи коку за эту попытку.
– Киямы? Но почему?
– Он христианин. Андзин-сан был для них опасен еще тогда. Что же говорить про теперь? Теперь, когда Андзин-сан – самурай, свободен, имеет свой корабль…
– Еще один Амида здесь?
Гёко пожала плечами:
– Кто знает? Но я бы не дала набедренной повязки за жизнь Андзин-сана за пределами крепости, если он не будет беречься.
– Где он сейчас?
– В своем домике, госпожа. Вы хотели вскоре посетить его? Может быть, самое время его предупредить.
– Похоже, вы знаете все обо всем, Гёко-сан!
– Я держу свои уши открытыми, госпожа, и глаза тоже.
Марико сделала над собой усилие, чтобы отбросить мгновенно возникшее беспокойство за Блэкторна.
– Вы говорили с Торанага-сама об этом?
– О да, я ему сказала. – Гёко прищурилась и отпила саке. – Не думаю, чтобы он удивился. Это любопытно, вы не находите?
– Может быть, вы ошиблись?
– Может быть. В Мисиме я слышала, что против господина Киямы составлен заговор, его хотят отравить. Ужасно, правда?
– Какой заговор?
Гёко сообщила подробности.
– Невозможно. Ни один даймё-христианин не поступит так с другим. – Марико снова наполнила чашки. – Могу я спросить, что еще сказал он и что сказали вы?
– Сначала я обратилась к господину с просьбой вернуть нам его расположение и забрать нас из этого клоповника, и он согласился. Сейчас нам отвели приличные покои в замке, около Андзин-сана, в одном из гостевых домиков, и я могу приходить и уходить когда пожелаю. Он просил Кику-сан развлечь его сегодня вечером, и это еще один шаг к лучшему, хотя, видимо, ничто уже не выведет господина из меланхолии, как вы думаете? – Гёко выжидательно взглянула на Марико. Та ответила ей бесхитростным взглядом и только кивнула. Ее собеседница со вздохом продолжила: – Да, очень печально. Жаль. Часть времени мы провели, обсуждая те три секрета. Он просил меня повторить то, что я сказала вам.
«А, – подумала Марико, – вот и еще один кусочек головоломки лег точно на свое место. Отиба? Вот она – приманка для Дзатаки. А еще Торанага получил оружие против Оми и Оноси с Харимой или даже Киямы».
– Вы улыбаетесь, госпожа?
