Со времен зарождения сионизма в 1897 году это движение в основном представляло интерес только для евреев. Вне еврейского сообщества мало кто обратил внимание на Учредительный конгресс Герцля и на его дипломатические переговоры с великими державами. Определенно, Декларация Бальфура, не говоря уже о предоставлении Великобритании Мандата в Палестине, свидетельствовала об интересе к сионизму в высших кругах британской власти. Но вопрос сионизма не был важен ни для Англии, ни, тем более, для мировой политики. Комиссия Пиля 1936 года и ее предложение о разделении Палестины на государства арабов и евреев представляют интерес лишь для изучающих историю сионизма, Израиля и Палестины. Несомненно, новости о Декларации независимости 1948 года попали на первые полосы мировой прессы. Но история воплощения сионистских идей в новом государстве была не так важна для мировой политики, как создание за год до того Индии и Пакистана, вызванные этими событиями миграционные процессы, усиливающаяся холодная война, конфликт в Корее и запуск спутника. Даже Синайская кампания 1956 года не идет ни в какое сравнение с другими конфликтами, которые привели к разрушению Британской и Французской империй.
И только Шестидневная война 1967 года приковала пристальное внимание держав и новостных агентств к конфликту между Израилем, арабскими странами и палестинцами. Большинство западных стран продолжили поддерживать Еврейское государство. Голосование ООН по резолюции о приравнивании сионизма к расизму в 1975 году ясно очертило картину раскола в мировой политике. Все страны, проголосовавшие за эту резолюцию, либо состояли в советском блоке, либо были государствами с мусульманским большинством или же развивающимися странами (за исключением Мексики и Португалии). Европейские, северо- и южноамериканские страны голосовали против резолюции. Также ее не поддержали несколько африканских стран, которые активно торговали с Израилем. Вопреки распространенному мнению, спустя десятилетия после голосования поддержка Израиля не снизилась, а, наоборот, возросла. В 1991 году за отмену резолюции, приравнивающей сионизм к расизму, проголосовало подавляющее большинство государств. Лишь 26 стран, почти все из которых были мусульманскими, выступили против. Безусловно, большую роль здесь сыграл распад СССР и советского блока. Таким образом, в 1990-х годах подавляющее большинство западных и развитых стран продолжало поддерживать политику Израиля и, следовательно, «сионистский проект». Однако критика оккупации в Западной Европе и развитых странах значительно усилилась.
В конце 1990-х годов и в XXI веке конфликт между Израилем и палестинцами и, как следствие, споры о само м значении и допустимости сионизма стали предметом пристального внимания в международной политике. Такому развитию событий нет простого объяснения. Правые сионисты убеждены, что под личиной антисионизма происходит возрождение антисемитизма. Они говорят, что евреев несправедливо обвиняют во всех грехах. Действительно, зачастую антисионисты – это антисемиты. Но большинство антисионистов – не антисемиты. Эти две идеологии не тождественны. Левые утверждают, что антиизраильская политика и настроения распространяются именно из-за оккупации. Они говорят, что необходимо заключить мирный договор с палестинцами, и соперники Израиля исчезнут.
В более узком смысле среди евреев по всему миру отношение к сионизму серьезно изменилось. Из маргинальной идеологии сионизм превратился в общепринятую. До 1945 года большинство ортодоксальных, реформистских и светских евреев в мире не были сионистами. В наши дни лишь небольшая горстка ультраортодоксов и крайне левых еврейских партий не разделяет идеи сионизма. Большинство же евреев поддерживают сионизм и Государство Израиль, хотя серьезные противоречия между правыми, центристами и левыми сохранились и серьезно углубились с течением времени.
Чрезвычайно сложно понять, что именно, помимо поддержки Израиля, олицетворяет сионизм для диаспоры в начале XXI века. В 1960-х годах в диаспоре существовали влиятельные сионистские партии и, что еще важнее, сионистские молодежные движения. Их последователи придерживались понятных и убедительных взглядов, основанных на идеологии левого, центристского или правого сионизма. Но в результате ухода старших поколений и новой реальности, в которой группы молодежи какой бы то ни было политической направленности не обладали значительным влиянием на молодежную культуру, значимость таких движений сошла на нет.
