Он обнял ее, прижав к себе на мгновение. Он совсем не изменился, не считая длинного шрама на правой стороне лица. От его хитона пахло солнцем и дымом, и она задавалась вопросом, где он пропадал последние десять лет. Почему так долго отсутствовал? Она ощутила реликвию Киркоса под своей туникой и напряглась, надеясь, что он ничего не заметит.
– Как ты выросла, Эвадна! Когда я видел тебя последний раз, ты едва ли доставала мне до локтя, – сообщил Озиас, отстраняясь, чтобы изучить ее. – Грегор сказал, что ты похожа на него, но я не мог себе этого представить. А теперь я вижу… он был прав.
Грегор до сих пор пребывал в шоке и изо всех сил старался не заплакать. Эвадна взглянула на отца, наблюдая, как он проводит рукой по своим всклокоченным волосам.
– Да, – сказала Эвадна, оглянувшись на своего дядю. – Я рада, что ты вернулся домой.
Наступило неловкое молчание. Озиас прочистил горло и сказал:
– Я знаю, что меня слишком долго не было. Но когда я услышал новости о Хальцион, о том, как ты оставила Изауру, чтобы отбыть часть ее срока… Я захотел вернуться домой. Увидеть моих братьев.
На сердце Эвадны потеплело, и она было открыла рот, собираясь ответить, но в коридоре появились Лидия и Майя, неся свежую одежду, бинты и теплый чай для Хальцион.
– Я скоро все расскажу, отец, – пообещала Эвадна Грегору. Она отправилась было вслед за тетей и кузиной в общую залу, но Озиас нежно взял ее за руку.
– Подожди, Эвадна.
Она приостановилась, выжидающе глядя на дядю.
Озиас бросил взгляд в конец коридора, где с любопытством стояли дядя Нико и Лисандр.
– Я просил Нико не ходить за целителем.
– Почему? – гневно выпалила Эвадна.
Глаза Озиаса нервно забегали по сторонам. От нахмуренного лица Грегора к сердитому взгляду Эвадны, к растерянным Нико и Лисандру.
– Когда вы закончите одевать Хальцион, пригласи нас обратно в комнату. Мне нужно кое-что ей сказать, и я бы хотел, чтобы присутствовала вся семья.
Эвадне его просьба не понравилась, и она заметила, что не до конца доверяет Озиасу. Но она быстро кивнула и проскользнула в комнату, оставив мужчин в тени коридора.
Тетя Лидия и Федра быстро очистили и перевязали раны и порезы Хальцион. Вскоре они одели девушку в чистый хитон, и Майя помогла ей сделать несколько глотков чая.
– Интересно, где же целитель? – поинтересовалась Федра, поднимаясь и собирая грязное белье.
– Дядя Озиас хочет что-то сказать Хальцион, – сказала Эвадна. – До прихода целителя.
Ее мать и тетя выглядели озадаченными, раздражение было написано на их лицах, но Эвадна открыла дверь, и мужчины вернулись в комнату.
Они собрались вокруг Хальцион, которая вжалась в подушки, словно чего-то испугалась. Она боялась своей семьи?
Эвадна опустилась на колени рядом с ней и переплела пальцы с пальцами сестры. Она почувствовала, как Хальцион крепче сжала ее ладонь.
Озиас взглянул на Хальцион, на его лбу пролегла морщина.
– Скорее, скорее, – сказал он. – Перенесите ее и подушки туда, на солнечный свет.
Грегор уставился на него, разинув рот.
– Прекрати это, Озиас. Моя дочь больна!
– Делай, как я говорю, Грегор, – спокойно отозвался Озиас, не отрывая глаз от Хальцион.
Грегор осторожно подхватил Хальцион на руки, а Эвадна, прихватив подушки, перенесла их поближе к теплому солнечному свету. Она помогла отцу уложить Хальцион обратно на подушки, и Хальцион подавила еще один стон.
Эвадна думала только о том, что ее дядя Озиас сошел с ума.
Но затем он опустился на колени рядом с Хальцион, и солнечный свет заиграл в его рыжевато-каштановых волосах. Дядя потянулся к руке Хальцион и, улыбаясь, сжал ее на мгновение.
– В ту ночь, когда ты родилась, когда я впервые взял тебя на руки, я знал, что ты предназначена для чего-то большего. Что услышишь зов за пределами этой рощи, как когда-то случилось со мной, – начал Озиас. – Я помню, какой быстрой и сильной ты была в детстве. Ты бегала так быстро, словно у тебя за спиной развевались крылья. Как птица-зимородок.
Глаза Хальцион наполнились слезами.
Он протянул руку под воротник своего хитона. Эвадна уставилась на него, чувствуя, как колотится сердце в груди, а ее семья прижималась все ближе друг к другу, – встревоженная, недоверчивая. Но Озиас снял с шеи серебряную цепь. На которой висело кольцо.
Озиас снял кольцо с цепочки и поднес его к свету. Золотое кольцо, украшенное причудливыми виноградными лозами и цветами, с крупным солнечным камнем в сверкающей оправе. Красно-янтарный камень переливался огнем и жизнью.
У Лисандра от изумления отвисла челюсть.
Эвадна наконец-то поняла. Она узнала это кольцо, и слезы наполнили ее глаза.
– Я дарю тебе кольцо, Хальцион из Изауры, – сказал Озиас с нежной улыбкой. – Надень его и исцелишься.
И дядя надел зачарованную реликвию Магды – Кольцо Исцеления из Солнечного Камня – на палец Хальцион.
