Колин, пока девушка медлила, решил испытать свою удачу и начал кричать Грину:
— А как же я? Я ни в чём не виновен!
Но для Дэвида его крики ничего не значили. Либо у него действительно был такой мерзкий характер, либо он просто привык к сотне таких невиновных преступников за каждые несколько месяцев. Кашлянув, мистер Грин открыл дверь камеры девушки и, показывая своё нетерпение, кивнул ей, видимо, не в силах передать своё недовольство словами.
— И да, — когда Венди уже почти пересекла границу между камерой и коридором, полицейский довольно грубо схватил её за плечо и преградил путь своим животом. — В следующий раз используй чьи-нибудь другие имена.
Терпеливо выслушивая его злостное шипение, та в ответ тихо спросила:
— О чём вы?
— О, не притворяйся. Видишь ли, хоть у тебя и имеются братья, но вот имена родителей, как я и думал, не подтвердились в базе данных. Мэри и Джордж Дарлинги действительно существуют. — На этих словах Венди не смогла сдержать удивлённый вздох. — Но они умерли много лет назад, а их дети пропали без вести.
Ей не дали вставить и слова — Дэвид уже взял её за руку и как маленькую повёл к выходу из этого жуткого места, впитавшего в себе все страхи и безумные мысли обвиняемых. Она уже представляла, как встретит Майкла, как крепко обнимет его и будет извиняться за свой поступок до тех пор, пока он сам не улыбнётся и не прижмёт её в ответ. Брат всегда быстро остывает. Точно так же, как и вспыхивает. Хотя в последние дни ей не удавалось за ним замечать резкие смены настроения. Возможно, всё было дело в Питере Пэне. Сейчас девушка никак не может до конца признать, что ему с этим невзрослеющим мальчиком будет лучше. А что если не будет? ..
— Это она? — протолкнув Венди обратно в комнату для допроса, мистер Грин поспешно захлопнул за собой дверь, приглушая крики Колина о том, чтобы его выслушали. Ей вдруг стало совестно за своё враньё.
— Да, благодарю вас. Даже не знаю, что бы я делал без вас.
Слова были вовсе не такими, какие бы сказал Майкл. Всё являлось… наигранным. С долей сарказма. Венди смотрела на своего освободителя и пыталась осознать, почему всё случилось именно так.
— Ну же, Венди. Разве ты не рада, что я пришёл за тобой? — с недоумением разведя руки в стороны, он сделал шаг ей навстречу. Одними губами улыбнувшись, Питер подал ей руку. — Идём же скорее домой.
От возмущения и лёгкой растерянности та невольно попятилась назад, но, встретившись с колючим взглядом мистера Грина, попыталась взять себя в руки.
— Да, я очень ждала тебя, — положив свою руку в его, Венди почувствовала, как тот чуть сильнее, чем надо, сжал её в ответ. Вымученно улыбнувшись, она сказала слова прощания полицейским.
— Смотри, больше не теряйся! — крикнул вслед мистер Ринольс, дружелюбно помахав рукой.
Оба полицейских думают, что они друг другу родственники. Но неужели Питер имеет с ней внешние сходства? Нисколько. Но, в любом случае, она с нетерпением дожидалась, пока они выйдут из участка, чтобы тут же прекратить их держания за руки и потребовать у него ответа на вопрос: почему пришёл не Майкл?
***
Время шло, но уже никак не уведомляло о своём ходе. Оно просто… было. Ей уже было абсолютно всё равно, прошло пять лет, десять или, быть может, целых двадцать. Всё, чем она интересовалась у Феликса — это известия о своих братьях. На самом деле, сам блондин чаще стал к ней приходить. Сначала это случалось от его скуки, а затем Венди сама стала просить его навещать её. Он служил напоминанием того, что мир вокруг ещё существует, время есть, а значит, жизнь кипит полным ходом, пусть и не у неё.
Феликс не был особо разговорчивым. Вместо этого он предпочитал опускать клетку девушки, а самому садиться на уже излюбленном месте — камне — и делать из простых суков дерева почти безупречные стрелы, которые, по его словам, пропитывались ядом шиповника. Её уже мало что могло удивить. Разумеется, Потерянные уже много раз с кем-то сражались, раз в их традицию вошло создание простого, но смертельного оружия. Но кто мог попасть сюда, кроме невинных детей, таких, же, как и все мальчики?
— Феликс? — Дарлинг нерешительно взглянула на него, опасаясь помешать его сосредоточенной работе. — А кто-нибудь уже пытался сбежать с острова?
Юноша поднял голову не сразу, а, продолжая обтачивать дерево одним из тех особых кинжалов, характерных Пэну, равнодушно сказал что-то неопределённое. В эту минуту она, дабы заранее подавить волнение и надежду на чей-то успешный побег, уставилась на его лезвие. Вероятно, не у всех Потерянных имеются такие ножи. По крайней мере, как-то её навещало несколько мальчиков, которых явно не было на том сборище танцев у костра в ночь, когда она увиделась с братьями и снова была с ними разлучена. Они были почти такими же дворовыми мальчишками, что были в Лондоне. Ещё слишком наивные и доверчивые, любящие равняться на лучших в своём деле, стремятся либо стать лидером, либо следовать за ним.
Помнится, тогда мальчики спросили, поднимая головы к её клетке:
— Почему ты здесь?
