— Уверена, можешь не сомневаться. Впрочем, я это знаю уже достаточно давно. Помните, когда вы были в нашем доме, в сопровождении, одного моего не очень любимого родственника?
— Какое это имеет значение? — видя, как мужчина напрягся, девочка усмехнулась.
— О, самое прямое. Уже тогда мы с сестрой все знали. И даже кто именно стоял за вашей спиной. Помните картину, которую показала вам Айша?
— Которую из?
— Ту, на которой она умирает? Вам не показалось странным, как она погибла?
— Меня это не интересует.
— А зря. Хотите увидеть, как я умру? Наверное, тогда поймете, почему все то, что вы сейчас творите, меня не трогает.
Мужчина не успел ничего предпринять. Когда девушка нажала, несколько кнопок на панели, около своего сиденья. На лобовом стекле появилось изображение горящего автомобиля, окруженного людьми. Мельком посмотрев в окно, он вздрогнул. Увидев почти ту же панораму, что было на картине.
— Ну и как? В отличие от вас, когда садилась в этот автомобиль, я знала, что живой из него не выйду. А вы хотите жить? — еще одна нажатая клавиша прибора, и двери со стороны водителя оказались заблокированы. В страхе мужчина попытался остановить автомобиль, когда понял, что тот его не слушается. Наоборот, увеличивая скорость.
— Я бы посоветовала вам быть осторожнее и следить за дорогой.
— Ты сумасшедшая!
— А вы думали после того что с нами произошло, мы могли остаться в своем уме? Вы хотя бы знаете, что мы пережили, и что пережил наш отец? Что он пережил, вылавливая в море одну дочь, снимая с петли другую, или делая массаж сердца третьей? Вы ведь были на острове, не так ли? И видели три детские могилы? И как, много нашли, когда их оскверняли? Знаете, я ведь устала, очень. Пора уходить. А что может быть слаще, чем забрать с собой того, кого все это с нами сделал? — девочка откинулась на сидение, и смотрела, как в ужасе мужчина пытается открыть дверь. Что в ракурсе вертолета, которого подняли полицейские, выглядело немного иначе. Там все его трепыхания, были видны, как будто похититель пытается ее ударить, и борется с ней. Немного понаблюдав, за его действиями, девушка тихо напевала, мысленно отсчитывая минуты.
В океане где бушует шторм,
На острове затерянном в пучине.
Стоял большой, как будто новый дом
Вот только никого в нем нет отныне.
А во дворе склонившись над землей,
Дерево засохшее стояло
Три могилки детские оно
Корнями и ветвями укрывала.
оплаканные ветром и дождём, покоятся в них те, кто сердцу милы, тропинки к ним позарастали мхом.
Ведь некому прийти к тем трем могилам.
Здесь похоронены мечты отца,
Его глаза и сердце в тех могилах
Он рядом был когда пришла беда
Но вот помочь дочуркам был не в силах.
Теперь он сам, от горя угасал
Не находил для жизни он причину.
Его душа рвалась к ним в небеса
Осколки сердца тут похоронил он.
Испуганный мужчина не прислушивался, пытаясь открыть двери. Его затуманенный страхом разум не заметил, как скорость автомобиля снизилась, а дверь поддалась. И не успев собраться, он вывалился из машины, которая со скоростью неслась в пропасть. Палач выжил, переломав руки и ноги в нескольких местах. И судя по боли в районе спины, повредив позвоночник. Но при этом как не странно оставшись в живых. На его счастье, следующие за ними машины, успели притормозить, не позволив умереть под колесами. Люди, выбравшись из автомобилей, с ужасом смотрели, на полыхающий костер к глубине обрыва. Выжить в таком огне было невозможно. А виновник аварии, сбежать был не в состоянии.
В Пекинском международном медицинский центре было многолюдно. Ведь кроме пациентов и врачей, вот уже две недели больницу заполонили полиция и журналисты. Гибель певицы прозванной в народе «Сиреной» взбудоражило общественность. Особенно, когда виновник выжил, и сейчас вместо тюрьмы обитал здесь, в одной из палат интенсивной терапии. Он отказывался отвечать на вопросы, и вообще сотрудничать с полицией. Своих мотивов он открывать не собирался. За все время пребывания в больнице, он наверное произнес всего несколько фраз. По крайней мере дознавателям и медицинскому персоналу. Только однажды, но нарушил молчание. Через два дня после похорон, если происходившее можно так назвать, в палату к Палачу пришел Михаил. Чинить препятствия президенту крупнейшей в Азии корпорации не стали. Впрочем, подслушать, о чем говорили эти двое, никто не смог.
— Каждый получает по заслугам, не так ли? Пусть и с опозданием, но они отомстили. — смотря на укутанного проводами, и бинтами мужчину, в душе Михаила ничего не шевельнулось. Он уже знал, все о человеке, которого знали как Палача. Киан Остин, ирландец по происхождению, вырос у дальних родственников в Великобритании. В пятнадцать сбежал из дома, а через год, уже был в рядах ИРА. Впрочем, надолго там не задержался, став наемником, вместе с десятком подобных ему головорезов. Ну и дальше по списку. Впрочем, не это его беспокоило. А то, что данный субъект слишком уж тесно сотрудничал с лордом Деверо.
— Ты такой же сумасшедший, как и она. Раз знал, почему не остановил?