— Киан, вы наверное не понимаете, что я уже не человек. Вы вытравили из меня человека. Как по вашему, хоть что-то во мне могло остаться от того ребенка, которой я была? Но знаете, у моего теперешнего состояния, есть преимущества. Я могу быть кем угодно. И что еще лучше, убить меня не получиться. По крайней мере, я такого способа не знаю. Вот ваш дружок, пырнул меня ножом. Так на мне ни царапины. А вы? Я ведь была в той машине. Я не выпрыгнула. Как считаете, много на мне ран?
— Ты монстр! Сумасшедший монстр!
— Все может быть. Вот только вы сами меня создали. Теперь наслаждайтесь! — разъярённый взгляд, встретился с полными ужаса глазами, того кого знали как Палача. А спустя пару минут, палата опустела. Мужчина даже не заметил, куда исчезла девочка. Его разум метался в теле, который стал для него тюрьмой. Спустя несколько часов, врачи поставили диагноз инсульт. С полной потерей двигательных и речевых способностей. Мужчина был жив. Но ни одна тюрьма, не могла сравниться с той, в которой он оказался.
Михаил, возвращался после очередной деловой поездки, когда на дороге, почти у въезда на территорию особняка увидел хрупкую фигурку девочки. Она шла по обочине, таща за собой большой дорожный чемодан на колёсиках. Остановив машину, мужчина вышел, и подошел к девочке. На мгновение, их взгляды встретились. На лице ребенка промелькнуло раскаяние.
— Прости!
— И когда мне хоронить эту сестру? — хотя Михаил пытался говорит холодно, он не смог сдержать вздоха облегчения. Одно дело, когда во что-то веришь, и на что-то надеешься. И совсем другое видеть желаемое наяву.
Вот теперь она стояла перед ним. Ребенок с портрета. Алина подняла глаза и на одно мгновение черты её лица, почти неуловимо изменились. Нет, это было тоже лицо, но что-то чуждое, нечеловеческое проглядывало в её чертах. Возможно дело в белой, мраморной коже без единого изъяна? Или в резко очерченных скулах? Но эта чуждость бросалась в глаза, как и взгляд до боли знакомых радужных глаз. Мгновение, и перед ним снова обычная девочка, с серыми пронзительными глазами, и серебром седых волос.
— Меня хоронить не придётся. Я умирать не собираюсь!
— Уверена?
— Ну согласись, даже мне жить за троих тяжело.
— Ладно, это не тот разговор, который мы можем вести в таких условиях. — мужчина оглянулся на свою охрану. Они не видя опасности, держалась в отдалении. Но, тем не менее, пристально наблюдали за всеми их действиями. Хотя не могли слышать разговор.
— Они ничего не видели.
— И все же поговорим дома. Что в чемодане? — подхватив её ношу, они сели в ожидавший их автомобиль, и уже через несколько минут были около дома.
- Одежда, что-же еще? Я конечно могу носить вещи Айши или Асии, но согласись это выглядело бы странно. Я ведь приехала из какой-то закрытой школы. Значит вещи мне необходимы. На первое время хватит. — Алана спокойно перешла на русский язык, как только за их спиной закрылись двери кабинета, отрезая от остального мира.
— И ты в таком виде одна бродила по магазинам?
— Издеваешься? Я все купила еще будучи Айшей. И спрятала одежду в квартире Асии.
— Зачем все это?
— Я наконец хочу быть собой. В отличие от старших сестёр, меня никто особо не помнит. Никто не может сказать какой у меня характер. Какие привычки. Наконец я буду собой!
— Младшей погибшей сестрой? Не боишься, что обман старика раскроется?
— Нет никакого обмана. Объявили что я младшая дочь Акея? Но это так и есть. Правда с небольшой поправкой. Я младшая приемная дочь Акея Алия: Алана. Мне четырнадцать лет. Он удочерил меня за год до своей смерти. Все документы оформлены законно. Он действительно стал мне вторым отцом. Пусть даже при этом поставил одно условие. У него было на это право. Никто ведь не утверждал, что его погибшая дочь и я одно и тоже лицо?
— Что ж, это многое меняет. Но надеюсь, наконец, с этой его местью закончено?
— Не совсем. Остался основной заказчик. Остальные были просто исполнителями. Заинтересованными, сорвавшими неплохой куш, но все же…
— И кто-же это? Я в конце концов имею право знать чего ждать от вас дорогая невеста? — и видя как девочка скривилась, с усмешкой продолжил. — А что? Дядя при всем честном народе объявил тебя моей невестой. Так что …
— Он просто постарался тем самым защитить собственные интересы. Да и нас тоже, если честно. Но можешь не волноваться. Брак нам уж точно не грозит, ни при каких обстоятельствах. Разве что чудо случиться. Что с моей жизнью, вряд ли можно ожидать.
— И почему? Мне просто любопытно. Неужели я настолько неподходящая кандидатура? — Михаил сделал вид что обиделся, хотя его глаза смеялись.
— Ты здесь абсолютно не причём. Можешь успокоить собственную гордость. Мне вообще противопоказаны личные отношения с кем-либо. Ты наверное позабыл нашу первую встречу. Забыл, что капля моей крови может сделать с живым существом? Да я прикасаться к кому- то без перчаток опасаюсь. А ты про брак вспомнил. Так что не стоит волноваться, преследовать и убивать соперниц бегающих за тобой из ревности я не собираюсь.