— Вещество в крови стало распадаться на компоненты. Не вывелось из организма, а как-то поменяла сам состав крови. Мы не смогли выявить эти вещества. Причём распад происходил неравномерно, две части были активны, и судя по всему отвечали за силу и выносливость организма. А последний компонент был инертным. Ни что это такое, ни как он влияет на тебя, установить не удалось.
— Я должна вам верить?
— Я не лгу!
— Посмотрим. — мужчина даже не успел отреагировать, когда вместо серых глаз, утонул в радужном омуте. Ощущая, как каждая его мысль, каждое воспоминание, становиться известно этому существу. Существу, созданному его собственными руками. Но которое никогда не подчинялось, и не будет подчиняться создателю.
Спустя четверть часа, девочка наконец, отпустила своего пленника. Тот не чувствуя ног опустился на пол. Ей здесь делать больше было нечего. Все что нужно она узнала. Но не успела она направиться к выходу, когда до неё донеслось:
— Прошу, не нужно…
Оглянувшись, она посмотрела на практически лежащего у её ног человека.
— А как бы вы сами поступили на моём месте? — и увидев, как тот побледнел еще сильнее, устало усмехнулась. — Я может и монстр, но до вас мне далеко, вы не находите?
И девочка быстро направилась прочь. Впрочем, препятствия на этом не закончились. Старик, о котором она старалась в эти минуты не вспоминать, преградил ей путь.
— Кто ты?
— Алана Алия, насколько я знаю, вам меня представляли.
— Нет! Ты не Алана!
— Ошибаетесь, глубоко неуважаемый мной "дедуля". Я именно Алана. Вот только вопрос вы задаете неправильно. Я просто не та самая, за которую вы меня приняли. Та девочка, должна была быть моей приемной сестрой. Вот только она погибла в возрасте двух лет. Так что, можете даже не надеяться на наше кровное родство. Ведь вы об этом думали, когда я сегодня сюда зашла? Не стоит. Хотя я не отказалась, бы посмотреть на то, во что вы превратитесь, если попробуете принять вещество, сделавшего из меня монстра. Могу одолжить немного собственной крови, хотите? — старик отпрянул, а девочка с презрением посмотрела на того, кто уничтожил собственную семью, и обогнула препятствие.
— Но тогда ты не имеешь никакого права… — вот только договорить, он не успел. Алина оказалась рядом в мгновение ока. И старик был прижат к стене, не имея возможности пошевелиться.
— Не имею? Ошибаешься! У меня есть все права, как у законной наследницы. Не моя проблема, что люди приняли меня за родную дочь Акея Алия. Это их проблемы. Я же была удочерена по закону. Причем не только в странах Азии, но и в Англии тоже. Так что, даже если на мгновение представить, что вы каким то образом смогли выбраться отсюда, что разумеется вам не удастся ни при каких обстоятельствах, вы лорд Деверо, ничего не получите. А вот я, когда будет объявлено о вашей смерти, получу все, что у вас есть. Как законная наследница. Насколько мне известно, вы сами составили завещание в пользу Аланы Алия. Хотели в случае моей смерти иметь возможность себя реабилитировать? Что ж, в отличие от вас, меня не в чем заподозрить. — и усмехнувшись, девочка покинула помещение, заперев за собой дверь.
В комнате Михаила было тихо. Вот только эта тишина не предвещала ничего хорошего. В кресле держась за голову и ссутулившись, сидел Марат. Девочка еще не вернулась, а мужчина просто не знал, что ему делать. То, что сейчас лежало на его постели, мало напоминало его друга. Когда дверь открылась, пропуская Алину, он на мгновение почувствовал, что груз, лежащий на его плечах, упал. Почему то его не отпускала уверенность, что она знает, как ему помочь. Той хватило одного взгляда, чтобы понять произошедшее. Вместо мужского тела, на постели лежало нечто, напоминающее кровавый кокон. Твердый, будто созданный из гранита, полностью скрывающий тело мужчины, которое судя по всему, находилось внутри него. Подбежав, она некоторое время всматривалась, пытаясь определить, жив ли Михаил. И лишь спустя несколько минут облегченно вздохнула. Мужчина был жив, и только это её в данный момент беспокоило. Пробить кокон девочка могла, вот только как это повлияет на него, узнавать не решилась.
— Он жив! — Марат наконец смог расслабиться. Последние полчаса, стоили ему не мало седых волос. — Что произошло?
— Я не успел ничего сделать. Это не походило на те кадры, которые я видел. Его не выкручивало, хотя несколько раз тело сводили судороги, как я могу судить. Просто его кожа стала трескаться, и из ран полилась кровь. Ты сказала, чтобы я ни в коем случае к нему не прикасался, но я даже не успел ничего предпринять. Кровь как то сразу превратилась в то что ты видишь. Не осталось даже щели, для его дыхания.
— Ничего. Все не так плохо, как могло быть. А теперь возможно, у нас есть надежда.
— Ты о чем.
— Он перешагнул через три фазы. Помнишь нашу первую встречу?
— Да.
