По-настоящему радовало то, что Феб снова стал бодр, пусть даже и не выглядел до конца здоровым. Впрочем, ничто не мешало ему петь и играть прямо на ходу, словно Феб пытался отыграться за все те дни, когда был слишком слаб для любимого дела. Песни он выбирал самые весёлые из тех, что знал, и столь заводные, что полёт Сильены незаметно для неё самой превращался в танец.
Могло показаться, что Феб просто последовал своим словам, не стал зацикливаться на мыслях, что всё могло быть иначе. Что жизнь барда, который беспечно влезал в неприятности ради интересных историй, научила его быть отходчивым, ведь иначе никаких нервов не хватит. Могло показаться, что если до Невена осталось совсем недолго, а Фебу стало гораздо лучше, то всё снова стало хорошо. Ведь что может случиться за неделю? Скоро Сильена узнала, что ошибалась.
— Сильена, а что для тебя дом? — вечером второго дня спросил Феб, когда они привычно беседовали перед сном.
— В каком плане? — уточнила Сильена, не понимая с ходу, что ответить.
— Ну… Сколько уже времени прошло? Месяца два? Ты провела уже много времени в этом мире, но ведь недостаточно, чтобы не грустить о своём. Однако попасть в ваш мир очень сложно, обычно, если такое и происходило, это было случайностью. Поэтому очень мало шансов, что ты сможешь вернуться, значит, тебе всё равно придётся искать дом в этом месте. Вот мне и стало интересно: что для тебя дом?
Сильена задумалась. Она сорвала травинку и начала перебирать её между пальцев. Немного сложным оказался вопрос — она, конечно, вспоминала о родных землях, но куда реже, чем если бы осталась одна. Большую часть времени Феб помогал ей занять мысли чем-то другим. Вот и о доме задумываться причин не возникало. Сильена посмотрела наверх, а потом Фебу в глаза. Синие, как ночное небо. А озорной блеск этих глаз и дрожащие отблески костра напоминали звёзды. Сердце сжималось от осознания, как это нравилось.
— Если говорить про дом не как про здание, а про особое место, то для меня дом — это рядом с теми, кто дорог. Неважно, какое это место. Главное — кто рядом. Я совру, если скажу, что не хотела бы снова оказаться среди тех, с кем росла. Мне нравится мой мир, я дорожу памятью о друзьях — старших и сверстниках. По-нашему это называется семья, но здесь ведь принято семьёй называть более-менее кровную связь, — Сильена замялась, ибо эту тему тоже плохо понимала: семьёй были родственники, но они не всегда были кровными, иногда они появлялись после союза ранее незнакомых людей, из-за чего тема семьи вызывала путаницу в мозгу феи. — В общем, знаешь, дом, семья, друзья, — это одно и то же. Место, где хорошо и уютно. Поэтому здесь я свой дом уже нашла — он рядом с тобой.
Сильена протянула руку и коснулась груди Феба в том месте, где обычно спала. Ей было хорошо рядом с Фебом, но здесь — лучше всего. Феб грустно улыбнулся и накрыл ладонь Сильены своей. На мгновение показалось, что его рука подрагивала, а во взгляде проскользнула тоска. Словно их совместный путь уже подошёл к концу.
— Я очень рад это слышать. Надеюсь, ты найдёшь ещё тех, с кем рядом будет твой дом, — ответил Феб и, подняв ладонь Сильены, поцеловал её.
Широко улыбнувшись, она кивнула. Конечно, хотелось бы найти друзей. И чем больше, тем лучше. Будь это возможно, она бы дружила со всем миром, но также рада иметь даже одного человека, подле которого окажется дома.
— Феб, а ты скучаешь по дому? Ты ведь постоянно путешествуешь.
— Не скучаю, — без раздумий заявил он. — Там не было того, о чём можно скучать, если говорить про то, где и с кем я вырос. Друзья же у меня много где, я привык редко с ними видеться, а на своём место ощущаю себя в дороге. Для меня дом — это воля. И рядом с теми, кто важен, тоже. Сейчас я дома по обоим пунктам, так что не могу по нему скучать.
— Мне приятно, что я вхожу в список важных. Раз это обоюдно, значит, по-нашему мы — семья.
— Семья… — тихо повторил Феб. — Что же, пора спать. Спокойной ночи, Сильена.
— Спокойной ночи, Феб.
Сильена уменьшилась и спряталась в сумку. Там было темно и одиноко, но можно потерпеть оставшиеся деньки, а после снова уютно спать на соседней подушке. Да, на ней отнюсдь не так хорошо, как на груди, но ведь главное, что рядом. Рядом…
Наутро Сильена выбралась наружу, потянулась хорошенько, поводила крыльями, чтобы размять их. И застыла в растерянности. Феба не было. Его плащ лежал на земле, вещи не тронуты, но сам Феб исчез. Мог ли он просто отойти? Сильена предположила такое поначалу, но сердце уже чувствовало неладное.
— Феб? — неуверенно позвала она. — Феб! — крикнула громче, приняв человеческую форму.
Нет ответа. Сильена осела на траву. В мыслях — пустота и зарождающийся страх. Из-за незнания, что случилось с Фебом. Из-за того, что она так неожиданно осталась одна в этом мире. Сильена обхватила себя за плечи, судорожно вцепилась в них пальцами, безуспешно пытаясь унять пробравшую тело дрожь. Что делать? Как быть? Искать Феба? Бежать от незримой опасности? Она не знала. Она впервые чувствовала себя такой потерянной, беспомощной, бессильной.
