Поведение бармена доказывало, что он не имеет никакого отношения к смерти Изабель. Судя по всему, он был озадачен не меньше меня.
— А может, ты остался там на ночь? Или вернулся замести следы?
— Он был со мной, — сказала Кэтрин. — Мы нашли ее вместе. Честное слово.
Мне показалось, что она невольно прикрыла живот рукой.
— Кстати, неплохо бы узнать, где был ты, Нил, — продолжила Кэтрин.
Лезвие ножа оцарапало мне кожу.
— Ага, неплохо, — хохотнул он. — Я был с Мэл.
— Мэл?
Он кивнул на барменшу-австралийку.
— Эйдан спустил в унитаз кокаина на несколько тысяч фунтов. Подставил меня, — злобно процедил он. — Домой мне ходу не было, вот она и пустила меня к себе.
— Зачем Эйдану…
— Он правду говорит, — сказал я.
— Что?!
— Я хотел обезопасить Изабель…
— Чушь собачья, — заявил бармен. — Ты себя хотел обезопасить. Ваши всегда так делают.
— Что еще за «ваши»? — спросила Кэтрин.
— Объясни ей, Эйдан.
Нож впился в кожу.
— Я детектив, — сказал я.
Она посмотрела на меня, потом снова уставилась в стену и побледнела, будто ее вот-вот стошнит. Бармен не сводил с нее глаз.
— Такой вот сюрприз. А ты не знала? Эйдан подставил меня, увез Иззи домой. На следующий день она умерла. Потом откинулся молодняк на Сикамор-уэй. Зейн в полном дерьме. Вот и подумай, связана вся эта хрень между собой или нет.
Кэтрин перевела взгляд на меня, кивнула на пустое место рядом с собой:
— А это кто?
— Шелдон Уайт, — сказал бармен. — Бернсайдер. Старой закалки.
Она закрыла глаза.
— У меня же выбора не было, — продолжал он. — И с тобой, скотина, надо было счеты свести. — Он еще сильнее вдавил нож мне под ребра. Сквозь рубашку проступила кровь. — Ну я и впарил бернсайдерам, что, пока Зейн не у дел, здесь можно разгуляться. Заморочил им голову… — Его руки затряслись мелкой дрожью, и он удивленно уставился на них.
Не было смысла объяснять бармену, что это ему заморочили голову. Из его рассказа и так все было понятно. Наверное, его накачали не только кокаином, но и еще какой-то дрянью. Перепуганный недоумок, желая спасти свою шкуру, решил искать защиты у бернсайдеров. На время, пока он не придумает, как избавиться от неприятностей. А бернсайдеры подсадили его на наркоту, и он слил им всю информацию о деятельности Франшизы.
Зря я спустил товар в канализацию. Вместо того чтобы взять бармена под арест, я сдуру предпочел насладиться местью.
— Такие вот дела, — туманно произнес бармен. — Зейн понимает.
Мы сидели в тишине, пока не вернулся Шелдон с выпивкой. Огромные татуированные руки сжимали четыре стакана сразу.
— Не отвлекайтесь, не отвлекайтесь, ребятушки. — Он опустил свою ношу на стол и грузно уселся рядом с Кэтрин. Одной рукой он снова приобнял ее за плечи, другой схватил стакан. — Тебя Кэт зовут?
Она кивнула. И вдруг показалась очень юной.
Шелдон перевел взгляд на меня:
— А ты кто?
— Эйдан, — ответил я.
— Точно, точно. Эйдан Уэйтс. С Ньютон-стрит.
Я недобро покосился на бармена.
— Я этого и не скрывал. Мы что, соседи?
— Не-а, хотя жаль. Я подальше живу. В Бернсайде.
— Неплохое местечко.
— Ага. Вы с Зейном на прошлой неделе приходили к нам в гости.
— Нам столько хорошего про вас рассказывали.
Уродливые глубокие морщины прорезали его лоб тектоническим разломом.
— С ним так базарить будешь. — Шелдон кивнул на бармена. — Или с Карвером. Или вот с этой сучкой. А со мной не смей. Ясно?
Я кивнул.
— Да, Бернсайд — хорошее место, — произнес он. — Нетронутое. Вот как здесь.
Мы молчали.
— Все эти люди, — продолжил он, оглядывая бар, — все эти денежные мешки, все эти потаскухи только и мечтают поймать кайф… — Он шумно вздохнул. — А тут кайфом никто не торгует. Да это просто преступление!
— Зейн торгует, — возразила Кэтрин.
— Торговал, детка, — поправил ее Шелдон. — Был Зейн, да сплыл.
Бармен согласно закивал, будто только об этом и думал. Похоже, до него постепенно доходило, что он наделал.
— А цыпочки ему все такие же нравятся, да, детка?
Кэтрин молчала.
— Но ты, конечно, самая классная.
— Я на него работаю.
Он рассмеялся, глядя на меня.
— С этого обычно и начинается, да, Эйдан? Та шлюшка тоже на него работала.
Кэтрин ничего не сказала, и он продолжил:
— Как там ее звали?
— Джоанна, — ответила Кэтрин. Голос ее дрогнул, то ли от избытка чувств, то ли от страха.
— Джоанна, — протянул Уайт. — Да, точняк. Ну, дело давнее.
— Я никогда ее не видела, — тихо сказала Кэтрин.
Уайт перевел взгляд на меня.
— Шалаву небось в бетон закатали. Вряд ли она мечтала о такой пенсии.
— Иди нахер, — вдруг сказала Кэтрин.
— Что-что, детка?
Она глянула ему в глаза и повторила свои слова.
Я сжал стакан. Испугался, что Уайт ее ударит. Судя по взгляду Кэтрин, она тоже испугалась. На нас таращились любопытные. Похоже, в беседе наступил переломный момент.
— Так что там у тебя за разговор? — напомнил я. — Вряд ли о прошлом.
— Ага, Эйдану надоел обмен любезностями, — ухмыльнулся Шелдон. — Сразу к делу, значит. Молодец.
— Я, вообще-то, сюда отдохнуть пришел.
— Еще успеешь, приятель. Вот только сначала кое-что для меня сделаешь.
— Что?
— Займешься миротворческой деятельностью.
Я ждал, что он скажет дальше.
