Она выбивала барабанную дробь на его руках, груди, животе, бедрах, боках, даже шее. И на каждый удар он, как животное, отвечал ворчанием. Судороги пробегали по его одеревеневшему от напряжения телу. Его кожа была белой, как мел, и казалась прозрачной, как папиросная бумага.
Дайна увидела пульсацию, появившуюся в его начавших проступать на поверхность голубых венах, и закрыла глаза. Горячие соленые слезы выступили сквозь ее зажмуренные веки; ее дыхание участилось. Она всхлипывала при каждом ударе, заметив, что это придает ей силу. Наконец, ей начало казаться, что больше не нужно прилагать усилий: ее, ставшие невесомыми, кулаки сами собой взлетали в воздух и молотили тело Криса, как две кувалды.
Она смутно различала очертания комнаты, словно изображение на старой фотографии, долго пролежавшей на ярком свете. Казалось, исчезло все вокруг, и они остались вдвоем, слившись в объятии, несравненно более интимном и крепком, чем сексуальная близость. Дайна уже не замечала ни своих ритмичных движений, ни мыслей, даже не чувствовала собственного дыхания.
Время будто остановилось. Их тела слипались вместе от пота, как от клея, и Дайна жадно ловила воздух широко открытым ртом.
Бессвязно крича, Крис пытался спихнуть ее с себя, поворачиваясь то так, то эдак. Однако она продолжала неистово молотить его до тех пор, пока, совершив титаническое усилие, он не умудрился повернуться на бок. Его опять сильно стошнило.
– Крис, Крис, Крис... – Сама не зная откуда взяв силы, она встала на четвереньки и слезла с отвратительно воняющей постели. Затем она принялась тянуть Криса на себя, и когда он наконец тяжело плюхнулся на пол, потащила его через низкий порожек в ванную. Пнув ногой одно, второе, третье проклятые полотенца – тяжелые, как куски цемента – она умудрилась каким-то чудом запихнуть его в ванную и машинально открыла до конца кран холодной воды. Раздался громкий шум. Дайна поморщилась от пенистых брызг и вдруг испуганно вскрикнула, потому что Крис, фыркнув, сел и судорожным движением потянул ее к себе под душ.
– Эта чертова вода слишком холодная! – Он хотел было вылезти из ванны, но Дайна затащила его обратно.
– Посиди здесь. Пока. – Ей пришлось почти прокричать эти слова, чтобы перекрыть шипение тяжелого потока, обрушивавшегося на них сверху.
Они оба дрожали и покрылись гусиной кожей. Взяв его голову в ладони, Дайна прижала ее к своей груди.
– Говори со мной, – попросила она. – Я не хочу, чтобы ты заснул сейчас.
– Я не..., – он закашлялся, захлебнувшись. Потом опять фыркнул. – Я не в состоянии соображать.
– Ну так хоть попытайся, черт возьми! Какого дьявола ты делаешь в этой крысиной дыре?
– Скрываюсь.
– От кого?
– От всех.
– Перестань!
– Ну, от треклятой группы, устраивает?
Струйки воды, хлюпая и журча, стекали по их спинам.
– Что ты сделал, Крис? – тихо спросила она.
– Я сделал то, что по твоему мнению должен был сделать. Я покинул группу.
– Не может быть!
– Я думал, Бенно хватит кондрашка. Его рожа посинела. Он рвал и метал...
– А что Найджел?
– Он не сказал ничего... – Крис остановился, словно восстанавливая в памяти эту сцену. – Это было самое страшное. Он не промолвил ни слова. Просто отвернулся и взглянул на Тай. – Он фыркнул. – Старина Ролли сказал: «А, чепуха, Крис», а Ян молча пнул свой усилитель; он был просто вне себя. Когда я пошел к выходу... мы не можем пойти и обсохнуть прямо сейчас? Я уже весь сморщился, как пенсионер.
– Мы пойдем. Как только ты дорасскажешь мне. – Она словно предлагала ему конфетку, как маленькому мальчику, чтобы он хорошо вел себя.
– Когда я пошел к выходу, Найджел повернулся и бросил мне вслед: «Ты лучше поднапряги память, парень. Это вправит тебе мозги в нужную сторону».
– Что это значит? – Дайна уставилась на него. Крис слегка отодвинулся от нее.
– Это наше внутреннее дело. Оно касается только членов группы. – Он отвел глаза в сторону. – Нечто вроде договора, заключенного между нами много лет назад. Теперь уже кажется – это было в прошлом веке.
– Какой еще договор? – Дайна почувствовала, как мороз пробежал у нее по коже, но ледяная вода была тут совершенно не при чем.
– Просто договор и все. Она засмеялась.
– Перестань. Ты можешь рассказать мне. – Она игриво ткнула пальцем ему в грудь. – Готова поспорить, он был подписан кровью...
Она сказала это в шутку, без всякой задней мысли и потому поразилась, услышав в ответ:
– Можно считать, что и так.
– И он до сих пор после стольких лет связывает всех? Крис резко отвернулся от нее, встал и вышел из-под душа. Дрожа, он нагнулся, подобрал одно из полотенец и стал вытираться.
Дайна выключила воду и, выбравшись из ванны, подождала, пока он не подаст ей другое полотенце.
– Крис, лучше скажи мне, в чем дело? ОН стоял неподвижно, как каменное изваяние. Сзади них вода меланхолично капала из крана. Сверху донесся шум, когда кто-то спустил воду в туалете этажом выше. Медленно повернувшись, Крис очутился лицом к лицу с Дайной. В его глазах появилось нечто такое, чего она раньше никогда в них не видела.
