– Ладно, – произнес он с расстановкой. – Ты просишь об этом и... в определенном смысле ты заслужила это. Теперь ты одна из нас, – он издал булькающий смешок, – хотя видит бог, Тай... – Он резко оборвал себя и оценивающе посмотрел на нее. – Но нет, теперь она вряд ли стала бы, а? – Он слегка улыбнулся. – Ты спасла мне жизнь, не один раз, а два.
– Я не...
– Я знаю. Дайна. Тай рассказала мне. Она думала, что таким образом сможет настроить меня против тебя, и ей это почти удалось. Пару недель я ходил такой злой и обиженный на тебя, что видел все шиворот-навыворот. До тех пор, пока я не обдумал все это как следует. Тогда постепенно до меня начало доходить, что ты сделала... чего не поняла даже Тай. – Он обернул полотенце вокруг плеч. – Она совершенно не понимает тебя, Дайна, ты знаешь об этом? Ты просто ошарашила ее... и перепугала до смерти.
Он опять коротко и слабо рассмеялся и, опустив глаза, посмотрел на свое обнаженное тело.
– Ты только взгляни на это, – вдруг сказал он. – А ведь мы так ни разу и не переспали с тобой. Его глаза закрылись, и он слегка покачнулся, но Дайна, прикоснувшись к нему рукой, привела его в чувство. Впрочем, улыбка вовсе не исчезла с его лица. – Словно гора с плеч, честное слово. – Он открыл глаза. Их белки немного просветлели, хотя по-прежнему слегка отливали желтизной. – Я никогда не забываю о своем члене. – Он уселся на край ванны. Взглянув на Дайну, он заметил. – Я окружен со всех сторон кучкой вампиров. Господи, как я умудрился допустить это?
– Не жди от меня сочувствия. Он покачал головой.
– Сейчас я меньше всего нуждаюсь в сочувствии.
– Крис, – осторожно сказала она, – ты хотел, я имею в виду: по-настоящему хотел уйти из группы на протяжении долгого времени, верно?
Он уронил голову на ладони.
– Да. Пожалуй ты права.
– Эта песня...
– Какая песня?
– Та, что я слышала, когда вошла сюда...
– Не помню.
– Не удивительно. Что это за вещь? Он вновь поднял голову и улыбнулся.
– "На проводах". Я написал ее для сольного альбома. Дайна, – он встал, – я уже сочинил всю музыку. Осталось только завершить запись в студии... У меня нет дома всего, что мне нужно для этого. Я смог записать там только основу песен.
– Почему ты так медлил? – спросила она. – Ты ведь чувствовал себя таким несчастным.
– Потому что я такой слабовольный придурок, – яростно отрезал он. – «Что если, – повторял я без конца. – Что если я уйду и на этом кончусь? Каким тупицей я буду выглядеть!»
– Но ведь дело не только в этом? Крис! – Она попробовала встряхнуть его.
Его отяжелевшие веки опять опускались. Он всей тяжестью навалился на Дайну, словно внезапно обессилев.
– Устал, Дайна... я так устал.
Она наотмашь хлестнула его по лицу.
– Ради всего святого, Крис, проснись! – Она яростно трясла его за плечи. – О, господи, не засыпай! Говори со мной. Крис! Говори со мной!
– О че...
– О чем угодно! Крис! – Она принялась лихорадочно соображать. – Расскажи мне, как умер Ион.
– Ион? А? – Его глаза открылись. Он смотрел перед собой тусклым взглядом; его голова болталась из стороны в сторону так, будто он вернулся домой после трехдневного беспробудного пьянства. – Ион?
– Да, ты ведь помнишь. Ион, твой друг. Он умер. Крис! – Она закатила ему еще одну пощечину и, застонав от усилия, оторвала от себя и заставила выпрямиться.
– Ум-м-м. Это общеизвестно. – Он говорил сонным голосом. – Печатали во всех газетах. Легавые не оставляли нас в покое... три недели... – Глядя ему в глаза, Дайна видела лишь его белки под полуопущенными веками. – Пока Найджелу не пришла в голову идея устроить бесплатный концерт в память Иона. «Давайте устроим его в Вон-дель-парке в Амстердаме, – предложил он. – Тогда ажиотаж спадет, и мы выберемся отсюда». – Его веки задрожали, и Дайна ударила его в третий раз достаточно сильно, так что его щека побелела, а затем покраснела от притока крови. – Только... только это была идея не Найджела... Нет, на самом деле. Она принадлежала Тай. Однако, впрочем, все клевые орга... организационные идеи были ее. Если смотреть в корень. – Он усмехнулся. – Однако в этот раз она использовала Найджела так же, как до этого использовала Иона. Прямо как дельфийский оракул. Знала отлично, что мы не станем прислушиваться к ее мнению. Иное дело, если мы считали, что это идея Иона... – Он рассмеялся и покачал головой, не снимая ее с плеч Дайны. – Господи, она была права. Сука! Хотя у нее были верные идеи. Она принесла нам... много пользы. Очень много.
– И вы отыграли этот концерт в Амстердаме.
Он кивнул.
– Флаги с физиономией Иона: потом лозунги, распеваемые хором на улицах. Они все выкрикивали его имя вновь и вновь, без конца. – Он хмыкнул. – После этого все улеглось... в точности, как он, ха-ха, то есть она говорила. Ищейки отвалили и бросились по следу «Битлз» или кого-то еще в этом роде. Кто их знает!
– А Ион был мертв...
