– Ничего страшного, Уэйтс, если тебя память подводит. У нас есть показания охранников пяти или шести ночных клубов на Динсгейте и в центре города. Ты вчера козырял служебным удостоверением. Один вышибала даже припомнил, что тебя выгнали из полиции за кражу наркотиков.
Похоже, им ничего не известно об истинном положении дел.
– Еще не выгнали.
– Недолго ждать осталось.
– Выпьете что-нибудь? – предложил я.
– Для меня рановато, спасибо. Так вот, охраннику стало любопытно, зачем полицейскому, отстраненному от службы, наматывать круги по городу в поисках какой-то девицы. Вопрос, конечно, интересный.
Риггсу я выпивки не предложил и взял из холодильника бутылку пива. Еще не было одиннадцати. Лэски укоризненно поморщился. Я откупорил бутылку так, чтобы пиво вспенилось, и демонстративно сделал большой глоток. Пусть Риггс обзавидуется.
– Итак, вы сказали… – Я посмотрел на Лэски и Риггса.
– Нет, лучше ты скажи. Зачем отстраненному от службы полицейскому, которого собираются судить по обвинению в коррупции, козырять служебным удостоверением для розыска пропавшей девушки?
– Для розыска пропавшей девушки, – ответил я. – Вы сюда пришли на свои же вопросы отвечать?
– Почему ты не заявил о ее исчезновении?
– Тут дело сложное.
– Ну так проясни, – сказал Риггс.
– Сегодня утром об исчезновении девушки заявила ее подруга. С пропавшей я связан чисто символически.
– Как это?
– Символически – значит условно или относительно.
Риггс несколько раз медленно хлопнул в ладоши, изображая аплодисменты.
– И откуда ты ее знаешь?
– Она проходила по одному старому делу. – Я посмотрел на него. – Дело – это происшествие, которое тебе поручают расследовать.
Он вытаращился на меня, потом отошел в другой конец комнаты, сунул руки в карманы и встал, подпирая стену.
Я обратился к Лэски, такому тощему, что он наверняка пропускал дневной свет.
– Дело вел суперинтендант Паррс, поэтому я доложил ему о случившемся. Вчера ночью.
– И что он сказал?
– Не перезвонил. Я подумал, что вы и есть его ответ.
– Мы пришли за твоим удостоверением, приятель.
Неожиданно для себя самого я рассмеялся.
– Ну так что, разберемся по-хорошему или…
– Да ради бога.
Я присел на корточки среди разбросанных вещей и, порывшись в бумагах, нашел уведомление о временном отстранении от службы. Его выдал мне Паррс перед началом секретной операции. К уведомлению был прикреплен список служебного имущества, изъятого на срок отстранения. Удостоверение числилось в списке, хотя на самом деле я его не возвращал. Чтобы позлить Лэски, я отдал документ его напарнику. Ничего умнее я тогда не придумал. Риггс ознакомился со списком и передал его коллеге. Лэски прочитал бумагу и перевел взгляд на меня:
– И когда суд?
– Я думал, уже идет…
– Знаешь, все могло быть гораздо хуже. Мы бы пришли, намяли бы тебе бока. Ну, это еще успеется. С удостоверением или без, но ты явно что-то замутил. Что это за девушка?
– Фамилию не спрашивал.
– Адрес?
Я назвал адрес. Они переглянулись.
– Это же дом Зейна Карвера!
– Ага, – подтвердил я, усаживаясь на выпотрошенный диван.
– Об исчезновении действительно заявили в полицию?
– Сегодня утром. Ее подруга, проживающая по тому же адресу. Она должна была заявить еще и об исчезновении мужчины. Вчера ночью он отправился на поиски девушки и пропал.
– А он кто?
– Дэнни Грайп, – сказал я. – Для друзей Зажим. Вышибала Франшизы. Ищите «мустанг»-хетчбэк, четвертой или пятой серии. Черный с тонкими красными полосами.
– Номерной знак?
– Она должна была сообщить.
– Есть еще информация, которая может помочь установить местонахождение этих двоих?
– Кэтрин в последний раз видели в «Рубике», с Шелдоном Уайтом.
– С Шелдоном Уайтом? – переспросил Лэски, услышав знакомое имя. – Но «Рубик» же принадлежит Франшизе.
– Вчера бар сменил хозяина.
Оба удивленно наморщили лбы.
– Да уж, веселая у тебя была ночка, – сказал Лэски. – Девушке грозит опасность?
– Поговорите с Паррсом, – предложил я.
– А что у тебя за дела с Зейном Карвером? И с Шелдоном Уайтом? Тебя из-за них сцапали с поличным?
– Ха, надо же, вы меня раскусили. Как я уже говорил, было одно старое дело. Сами знаете, Франшиза разваливается, ситуация меняется на глазах. На вашем месте я бы сообщил все это Паррсу и подчеркнул бы, что события непосредственно связаны между собой.
Они с минуту помолчали.
– Точно, – сказал наконец Риггс, одарив меня широкой улыбкой лжеца. – Так и сделаем.
Оба вышли из квартиры.
Я смотрел из окна, как они садятся в машину. Лэски сказал что-то напарнику. Риггс расхохотался так, что вислые брыли затряслись. Машина уехала, и на улице стало тихо. В квартире тоже. Я снова набрал номер Паррса, но теперь в трубке даже гудков не было.
На следующий день я прочел в газете, что Зейна Карвера арестовали. С его именем связали и смерть Изабель, и трагедию на Сикамор-уэй. Я старался не думать о том, кого следовало арестовать вместо него. Хорошо, что случилось это в будний день, а не на вечеринке. Наверное, мне удалось кое-что втолковать Паррсу.
