- Как и предвидела команда, подполковник с этой минуты и навсегда стал никудышным солдатом. Он безнадежно погряз в поисках сложнейших тактических приемов, позволявших причинить как можно меньше, а не как можно больше страданий. И если он этому научится - женщина поймет и простит его.
- Когда космический корабль достиг Марса, он подслушал отдельные реплики в госпитале Приемного Центра, из которых понял, что у него собираются отнять память. Тогда он написал самому себе первое письмо из целой серии писем, в которых он записывал то, что не хотел забывать. Первое письмо касалось женщины, которую он оскорбил.
- Он отыскал ее после чистки памяти и понял, что она его не помнит. Но он еще увидел, что она беременна, что она носит его ребенка. И с тех пор он поставил перед собой одну цель - во что бы то ни стало добиться ее любви, а через нее - и любви ее ребенка.
- И он пытался добиться этого, Дядёк, - сказал Румфорд. - Неоднократно, много-много раз. И раз за разом он терпел неудачу. Но эта цель стала средоточием его жизни - может быть, потому, что сам он жил в неблагополучной семье.
- А корень всех неудач, Дядёк, - сказал Румфорд, - был не только в неподдельной холодности женщины, но и в психиатрии, которая считала идеалы марсианского социума образцом доблести и здравого смысла. Когда этому человеку удавалось хоть немного расшевелить свою подругу, психиатрия, начисто лишенная живых чувств, тут же исправляла ее - снова делала из нее полезного члена общества.
- Оба они - и он, и его подруга - то и дело попадали в психиатрические отделения, каждый в своем госпитале. И можно найти пищу для размышлений, - сказал Румфорд, - в том, что этот до полусмерти замученный человек был единственным на Марсе писателем-философом, а эта до полусмерти замучившая себя женщина была единственной марсианкой, написавшей настоящее стихотворение.
Боз явился к флагманскому кораблю подразделения из города Фебы - он ходил туда искать Дядька.
- Черт побери, - сказал он Румфорду, - все взяли да и отчалили без нас? - Боз приехал на велосипеде.
Он увидел Дядька.
- Черт побери, дружище, - сказал он Дядьку, - ну, брат, и задал же ты мне хлопот! Ну и ну! Как ты сюда-то попал?
- Военная полиция, - ответил Дядёк.
- Без них никуда не попадешь, - шутливо сказал Румфорд.
- Пора нам догонять, приятель, - сказал Боз. - Ребята не пойдут на штурм без флагмана. За что им и сражаться, а?
- За честь быть первой армией, отдавшей жизнь за правое дело, - сказал Румфорд.
- Как-как? - сказал Боз.
- Да нет, ничего, - сказал Румфорд. - Вот что, ребята: залезайте в корабль, задраивайте люк и жмите на кнопку с надписью «ВКЛ.». Взлетите, как перышко. Автоматика!
- Знаю, - сказал Боз.
- Дядёк, - сказал Румфорд.
- А? - с отсутствующим видом откликнулся Дядёк.
- Помнишь, что я тебе сейчас рассказывал, - историю про любовь? Я кое-что пропустил.
- Да? - сказал Дядёк.
- Помнишь женщину в той истории - ну, ту, которая носила ребенка того человека? - сказал Румфорд. - Женщину, которая была единственным на Марсе поэтом?
- Ну и что? - сказал Дядёк. Его не особенно интересовала та женщина. Он не понял, что героиней истории, рассказанной Румфордом, была Би, его собственная жена.
- До того, как она попала на Марс, она несколько лет была замужем, - сказал Румфорд. - Но когда наш доблестный вояка, подполковник, овладел ею в корабле, летящем на Марс, она оказалась девственницей.
Уинстон Найлс Румфорд подмигнул Дядьку, прежде чем закрыть наружную крышку входного люка.
- Хорош был ее муженек, а, Дядёк? - сказал он.
Уинстон Найлс Румфорд
Существует мнение, что земная цивилизация за время своего существования породила десять тысяч войн, но всего только три разумных комментария о войнах - комментарии Фукидида, Юлия Цезаря и Уинстона Найлса Румфорда.
Уинстон Найлс Румфорд так тщательно отобрал 75 000 слов для своей «Карманной истории Марса», что не нужно ничего добавлять или переиначивать в истории войны Марса с Землей. Всякий, кому по ходу повествования нужно описать войну Земли и Марса, должен смиренно признать, что эта эпопея уже рассказана Румфордом с неподражаемым совершенством.
Обычно такому обескураженному историку остается только одно: изложить историю войны самым сухим, невыразительным, самым телеграфным языком и рекомендовать читателю обратиться непосредственно к шедевру Румфорда.
Я так и поступаю.
Война между Марсом и Землей продолжалась 67 земных суток.
Нападение было совершено сразу на все народы Земли.
Земля потеряла 461 человека убитыми, 223 было ранено, 216 пропало без вести.
