— Все вспоминаешь покойного мужа? — спросил он однажды вечером после того, как уложили сына спать. — Грустишь о нем?
— Что? Нет. Я вообще не думаю о Пирсе. Это было давно, и мы мало жили вместе перед войной. Когда же он вернулся, ну…
— Прости, дорогая. Ты просто иногда кажешься печальной. От всей души хочу вернуть тебе улыбку.
— Меня беспокоит дочь, — выпалила она, не в силах больше молчать.
— У тебя была дочь? О, бедняжка. Я и не знал, что ты потеряла ребенка. Не удивительно, что ты пристрастилась к наркотикам.
— Я не теряла ее, — не то, что ты думаешь. Она не умерла. Детская благотворительная лига убедила суд в том, что я никчемная мать, и ее забрали примерно в то же время, когда меня поместили в лечебницу.
— Что же с ней стало?
— Не знаю. Когда я сделала запрос о ее местонахождении, мне сказали, что сначала отправили в детский приют, а затем отдали в другую семью, но конкретной информации так и не смогла получить.
Мысль о том, что дочь воспитывала другая женщина, вызвала слезы в глазах Корин. Наконец, эмоции, накопленные годами, вырвались наружу, и она разразилась неудержимыми, душераздирающими рыданиями.
— Не знаю, где моя маленькая Мелоди и с кем она живет. Ей уже девятнадцать лет и, должно быть, замужем.
Джерард успокаивал плачущую жену.
— Тише, любимая. У меня много влиятельных друзей, которые помогут найти твою дочь.
Лицо Корин наполнилось радостью, и сквозь слезы блеснули синие глаза.
— И ты это сделаешь ради меня?
— Не могу обещать, что мы найдем Мелоди, но клянусь сдвинуть горы.
Когда Корин и Джерард сошли с поезда в маленьком городке штата Индиана, то их встретил местный священник — молодой человек, только что окончивший семинарию.
— Доктор и миссис Уилмот, — сказал он и пожал руку доктору, — надеюсь, что смогу вам помочь.
На пути от вокзала до церкви они немного поговорили о поездке, об отличии жизни в Бостоне и небольшой сельской общине штата Индиана. Прибыв в церковь, парочка вместе со священником прошла в подвал, на столе которого находился ящик со старыми записями.
— Вот все документы об усыновлении, которые сохранил мой предшественник. Можете располагать ими. Как видите, в тот год сюда были привезены сотни детей. Боюсь, что большинство сирот позже переселили.
— Почему? — спросила Корин.
— У некоторых были проблемы с поведением. Одним не нравилось их новое место, и они сбегали. Другие не ладили с новыми братьями и сестрами. Некоторые…
— Подверглись насилию? — спросил доктор.
Священник кивнул.
— Боюсь, что пословицу «розги пожалеешь — ребенка испортишь» люди принимают слишком близко к сердцу.
Сердце Корин ёкнуло. Неужели кто-то колотил ее дочь?
Джерард нашел папку с документами того года, когда в штат Индиана прибыла Мелоди.
— По данным Лиги твою дочь посадили на поезд на Южном вокзале в начале июня, поэтому можно не смотреть отчеты с января по май.
Однако, просматривая записи с июня по декабрь, они не встретили имя Мелоди. Но священник советовал им не бросать надежду.
— Как я пониманию, некоторые семьи сменили имена взятых детей.
— Предлагаю составить список девочек того же возраста, что и Мелоди, тогда увидим, сможем ли сузить поиск.
Удивительно, что, несмотря на сотни посаженных в поезд детей, только три девочки, возможно, могли бы оказаться ее дочерью. Указав на их имена, Корин и Джерард получили адреса в муниципалитете.
— Нам посчастливилось. Они все живут в этом городе, — заключил доктор Уилмот.
Корин засветилась от счастья.
— Скорее бы увидеть ее!
— Тогда приступим, — предложил муж и нанял в платной конюшне извозчика отвезти по первому адресу.
Первой молодой женщиной, живущей на ферме с удочерившими ее родителями, оказалась рыжеволосая, зеленоглазая ирландская девушка, которая покинула Изумрудный остров и отправилась с родителями в Америку, где те после прибытия в Бостон вскоре скончались.
— Явно, она не твоя дочь, — сказал Джерард. — Поедем к следующей девушке из списка.
Вторая была замужняя женщина и проживала над гастрономом, которым владел супруг. Один взгляд на темноволосую особу, и надежды Корин рухнули.
— Это родинка на вашем лице? — спросила она.
— Да, сколько себя помню, она была с самого рождения.
Лицо же Мелоди было безукоризненно, даже не тронуто веснушками. Когда Корин и Джерард покинули гастроном, она почувствовала, что падает духом.
«Почему я позволяю рушиться своим надеждам?»
Муж, почувствовав ее разочарование, сказал: «Третья девушка обязательно окажется твоей дочерью».
Дульси Малхолл проживала в маленьком домике, купленным после трагической гибели приемных родителей во время пожара. Несмотря на то что семья была небогатая, ценность представляла земля, и Дульси жила на деньги, полученные от ее продажи.
— Я знаю, что вы ищете свою дочь, — сказала Дульси и пригласила доктора с женой в гостиную.
— Да, ее отправили, как и вас, в сиротском поезде из Бостона.
— Это было так давно. Не знаю, я ее не помню.
Дульси, со светлыми волосами и синими глазами, случайно походила на Корин. Джерард был уверен, что это был ребенок жены.
— Что вы помните о своем детстве до приезда в штат Индиана? — спросил он.