Ход мыслей Эландера прервался, когда прорезатель неожиданно содрогнулся.
Загорелся экран монитора. Питеру потребовалось некоторое время, чтобы понять, что появилось на экране. Это оказалась ровная гряда облаков, медленно паривших в черном небе. И вдруг нечто круглое и более темное заполнило все поле зрения. Питер сообразил, что это другой прорезатель, усовершенствованный гибрид, имеющий форму буквы У.
— Вы вернули нам «Тихую Заводь», — послышался голос из бортовых динамиков кокпита.
— Лишь на время, — поспешно ответил Эландер. — Уверяю вас, корабль останется со мной. Я прибыл сюда, чтобы отдать вам Юэя Эллила в обмен на информацию…
Последовало недолгое молчание. Один кокпит корабля чужаков переместился назад, затем другой. Питер чувствовал, будто находится внутри старой классической модели атома: вот один электрон стремительно вращается по многочисленным орбитам вокруг крупного уранового ядра…
— Информация — достаточно ценный товар, — наконец ответил незнакомый голос, — тогда как сохранение жизни в космосе стоит очень дорого.
Речь невидимого чужака была медленной и разборчивой, будто обе голосовые складки вибрировали одновременно. Эландер подумал, что так Юл хочет убедиться в правильном понимании смысла сказанного. Однако издаваемые чужаком звуки больно резали слух Питера и оказывали на него противоречивое воздействие.
— Вы хотите сказать, что вас совершенно не интересует такой торг?
— Такая договоренность неравнозначна. Вам не будет никакой пользы от этого обмена.
— Тогда, если я правильно вас понял, мне можно удалиться, — спокойно произнес Эландер. — Вы хотите именно этого?
— А вы думаете, ваш уход — удобный вариант решения проблемы?
— А что, разве не так? — удивился Питер. В этот раз последовало долгое молчание.
— Илоты очень важны для
— И вы не станете торговаться, чтобы вернуть илотов?
У Эландера возникло ощущение, что он ходит по замкнутому кругу.
— Ладно, — сказал он. — Кажется, процесс пошел… Мы бы хотели получить любую информацию о Двуличии… о Двуликих, которой вы располагаете.
— Вы должны знать их, — настаивал Питер. — Ведь вы следовали за ними по пятам на протяжении более двух тысяч лет! Вы просто обязаны знать что-то такое необычное.
— Двуликие не обнаруживали себя для
— Но вы можете рассказать нам о них?
— Это не имеет никакого значения.
— Потому что мы «уже мертвые», так, что ли?
На это восклицание Эландера ответ последовал не сразу.
Три кокпита, каждый из которых состоял по меньшей мере из двадцати четырех более мелких, объединенных в толстое кольцо, сместились назад, но вместо того чтобы исчезнуть вдалеке, этот конгломерат описал крутую дугу и разместился позади «Тихой Заводи».
— С вами будет говорить Практик, — наконец объявил невидимый чужак.
Питер нахмурился.
— А я предполагал, что вы и есть тот самый Практик. Ответ чужака можно было перевести следующим образом:
«Я — конъюгатор (объединитель) Вайши/Ашу».
Тем временем перед Эландером появилась кольцевидная структура. Определенно чужаки хотели поместить кокпит Питера в центр образованного пространства.
— Генерал, вы все слышали, что здесь говорилось?
— Совершенно отчетливо, — ответил Эксфорд.
Голос Фрэнка звучал так разборчиво, что Эландер почувствовал его непосредственное присутствие здесь, в своей кабине. Странно, но от этого ощущения ему стало намного легче. Эксфорд достаточно опасен, однако по крайней мере его намерения вполне понятны.
— Вы одобряете стыковку кокпитов? — спросил Питер.
— Как говорят, назвался груздем, полезай в кузов.
— Как раньше говорили на Земле, — поправил его Эландер.
— Грубовато, — коротко усмехнулся Эксфорд.
— Зато правдиво, — кивнул Эландер с невозмутимым видом.
Чем дольше он находился в двустороннем электронном контакте внутри «Тихой Заводи», тем больше был уверен в своем умении вести переговоры с Эксфордом и продолжать пользоваться преимуществами устройства перевода языка чужаков. Но при одной мысли о том, что надо выйти наружу, ему становилось не по себе. В этом случае Питер оставался совершенно беззащитным.
Его пленник, Юл, провыл какой-то сложный набор двойных слогов, которые искусственный интеллект прорезателя смог перевести лишь частично. Что бы сейчас ни говорил инопланетянин, нужно обязательно привести в полное соответствие произносимые звуки, которые Питер никак не мог узнать и тем более понять.
