— О нет, вы ошибаетесь, регенерат. Мы не похожи на некро — хотя когда-то я тоже был куда более простой формой жизни. Я являюсь симбиотическим типом. Даю второй шанс, продлеваю жизнь, купирую смерть, так сказать, — крышка на шкафе откинулась, и из отверстия полился пар. — Сейчас это тело полностью функционирует, все его системы работают и поддерживаются в хорошем состоянии. Ведь стоит следить за тем, кто позволяет тебе жить. Этот нерт по своей воле отдал мне тело — его приёмной дочери требовалась невероятно сложная и дорогая операция.
Я краем глаза заметил, как Сурья вся сжалась. Что это значит?
— Вы… — неуверенно сказала Тайла, — пытаетесь оправдать то, что владеете чужим телом? — по её сдвинутым бровям было ясно, что она не согласна с его точкой зрения.
— Нет, мне нет смысла оправдываться. Я лишь разграничиваю разницу между мной и некроморфами. Каждый мой носитель выбрал такой путь. Каждый член моей корпорации готов отдать своё тело.
Он вытащил какую-то колбу из отверстия. Её стенки были запотевшими, не давая рассмотреть содержимое. Король подошёл к нам и поставил её на стол, затем обошёл его, отодвинул ящик и достал платок.
— Многие слышали о них, но встречались единицы.
— Потому что такие встречи обычно кончаются смертью, — пояснила Сурья.
— В общем-то да, всё так. Но если вас заинтересовало задание, вам стоит понимать, с кем предстоит встретиться.
Тук-тук! Послышались удары в дверь.
— Заходи! — бросил лиловый.
Дверь открылась, и я увидел высокого худощавого инопланетянина. Одетый в простой серый костюм, он держал в руках небольшой куб. Его тёмные, широко посаженные глаза пробежали по нам довольно небрежно и без особого интереса. Голова большая, серая кожа и плоский нос над тонкой линией губ. Я аж задрожал от увиденного.
«А зверь сам бежит в силки, — подумал я с оскалом. — Я думал, мне придётся искать марсианина по всему городу, если не планете. А тут он сам пришёл ко мне».
И мой интерес не прошёл бесследно. Лиловый уставился на меня и спросил:
— Старый знакомый?
— Да нет, пересекались как-то, — небрежно ответил я, в мыслях представляя, как уже его поглощаю.
— На Земле, я так полагаю?
Я резко дёрнул головой и уставился в ехидные глаза трёхрукого. Значит, ему даже такое известно. Как много он знает?
— Всё верно, виделись с его тётушкой в метро, — сказал я, держа в узде чувства.
— Скажу сразу: жизнь Ена стоит миллион кредитов. А в случае насильственной смерти придётся уплатить пять миллионов. Вы уверены в этом?
«Вот же проницательный урод! Да от него хоть что-то можно скрыть?» — подумал я.
— Не понимаю, к чему ты это говоришь, — отмахнулся я.
А его взгляд красноречиво отвечал: «Всё ты понимаешь». Но зато я теперь знал, сколько мне придётся отвалить по возвращении. Пять миллионов кредитов. При условии, что боевой космический фрегат стоит десять. Жёстко он. Неужели он знает и то, что сроки у меня поджимают? Это было бы сродни настоящему безумию. И мы должны столько бабок подобному существу? Пожалуй, стоит вернуть всё до последнего кредита.
Марсианин же с безупречным безразличием прошёл по кабинету и поставил куб на стол рядом с запотевшей колбой. Его словно не волновали разговоры о почти его продаже. Или он тоже был под контролем?
— Но чисто гипотетически, если бы он внезапно погиб, есть отсрочка платежа? — спросил я.
И тут уголок рта серого дёрнулся, и он заговорил высоким голосом:
— В случае, если вам удастся победить — да. Я готов предоставить отсрочку.
Вот же чёрт, он его контролирует… Хреново, я видел, как они могут сражаться.
— Может, продолжим? — спросила Сурья.
«Прекращай, Иван, — бросила она в моей голове. — Он словно паук, затягивает тебя в свои долговые сети. Ты не представляешь, в какую опасную игру играешь».
«Не беспокойся. Я закончу, когда сожру его. Думаю, ей бы не хотелось, чтобы я бабахнул рядышком через несколько дней. А для этого мне стоит знать о последствиях. И пять миллионов не выглядят как серьёзная преграда».
— Хорошо, — согласился король. — Ен, покажи, пожалуйста.
Серьёзно? Он разговаривает со своими марионетками, хотя они под его управлением? Странные у него фетиши.
А серый взял платок и протёр колбу. Как только убрал ткань, мы увидели это. Жуткая пульсирующая субстанция, словно вырванный кусок плоти, залитый водой. Она шевелилась, были видны вены, капилляры. Она дёргалась, мышцы и связки реагировали. И выглядела она реально мерзко.
Серый открыл квадратный ящик и выудил оттуда нечто похожее на мышь — серого грызуна с пушистым хвостом. Он поднёс его к колбе — животинка шевелилась. Нажал другой рукой на небольшую кнопку снизу колбы, и верхняя крышка раскрылась.
— Бедных Джерри и тут не оставят в покое, — прокомментировал я.
