«Чёрт! Расслабился на секунду и тут же попался!» — подумал я, разворачиваясь.
А он стоял с вытянутой рукой, и на громадной ладони лежала длинная оплетённая рукоять, прямая, с вкраплениями кристаллов, поблёскивающих, как звёзды.
— Да ну? — вымолвил я, поднимая глаза на морду Рахта. — Обещаю, тебя я сожру последним.
— Что? — удивился он, моргнув своими глазами.
Ахренеть… у меня теперь свой лазерный меч! Я взял его в руку, представляя себя магистром Йодой, и нажал на кнопку. Яркий лазер рассёк пространство с знакомым шипящим звуком, и у меня аж мурашки пробежали по спине! Я рассёк воздух несколько раз, чувствуя, как рукоять удобно ложится в ладонь, и пробормотал:
— Да пребудет с тобой Сила…
— Эй! — крикнула Тайла, вырывая меня из детских грёз. — Вы идёте?
— Пошти, — бросил Рахт и загрохотал по площади, оставляя за собой новые вмятины.
Так, а куда мне его? И тут же, как по заказу, справа на бедре что-то задвигалось. Система сама пристроила ножны — металлическая пластина выдвинулась и защёлкнулась вокруг рукояти. Функционально.
Мы все собрались у грузового люка, опущенного на площадь. Он был метров пять в ширину, так что какие-то грузы мы всё же могли бы перевозить. Сейчас как раз догружали провизию — ящики с водой, сушёными фруктами, батареями и ещё какими-то коробками. Рахт деловито руководил процессом в своей манере, громыхая указаниями. А мы наблюдали, как прощаются брат с сестрой. Они улыбались, хотя в их глазах за мечтательными искрами пряталась печаль.
«Видишь, братишка, всё же они почти как мы, а может, даже лучше. Нет, ты там не волнуйся, я дело своё сделаю. Но знаешь, мне тогда казалось, что они все конченные ублюдки. А нет, есть и среди них неплохие ребята. Не скажу, что я им уже доверился — ну, только если Рахту немного. Но мне придётся какое-то время с ними посотрудничать», — думал я, глядя над головами Тайлы и Валиона прямо в небо — не такое, как на Земле, но хотелось верить, что оно тоже хранит обещания. — «Брат, мы увидимся, я верну тебя — обещаю».
Мы вошли на борт космического фрегата и даже не сразу пошли дальше. Постояли у люка, пока подъёмник с гудением закрывался, и свет в грузовом отсеке медленно мерк, оставляя лишь тусклые полосы от ламп. Тайла не плакала, как обычно принято у женщин, нет — она просто смотрела на брата, а он на неё, и в этом молчании было больше, чем в словах.
— Ну всё! — бросил волосатый, хлопнув в ладоши. — Дамы, господа и железный, прошу занять свои места.
Да уж, он умеет чувствовать момент. Мы пошли дальше, попутно слушая Рахта, который объяснял, где и что расположено. Несмотря на то, что снаружи корабль казался не слишком большим, внутреннее убранство было даже избыточным: грузовой отсек; семь индивидуальных кают три на три, с узкими койками и запахом металла; две общие — каждая на шесть персон; серверная, заставленная мигающими панелями; две оружейные с рядами кристальных клинков и импульсных винтовок; пара небольших кладовых, забитых ящиками. Была кухня и гостиная (которую все называли «общим помещением») с мониторами, мягкими диванами и какими-то непонятными устройствами. Дальше шли менее интересные помещения: навигационная с кучей экранов и большим квадратным столом-экраном, канонирские капсулы с турелями, ремонтные и технические отсеки, боевая станция позади рубки, ну и сама рубка. Там располагались семь сидений — одно впереди с главным пультом управления, остальные по восходящей. У каждого кресла были свои пульты, манипуляторы, экраны. Естественно, я вообще не представлял, что тут к чему. Ну, кроме того, что впереди сидел капитан корабля, которым, к сожалению, пока был не я. Но это пока…
— Соберитесь все в общем помещении, — сказала Сурья, и её голос прозвучал спокойно, но с ноткой команды.
Мы быстро облюбовали диванчики и прочие приспособления для сидения и лежания. Она встала в центре и заговорила:
— Моё имя Сурья — я глава команды «Удача», — объявила она без высокомерия, просто констатируя факт. — И вы отныне — члены моей команды. Находясь на корабле, на задании, каждый из вас подчиняется моим приказам. Если вам это неугодно, мы расторгаем сотрудничество, и вы вольны идти куда угодно. Но… — её взгляд ужесточился, и я ощутил, как давление в помещении усилилось, словно воздух стал тяжелее, а свет слегка потускнел, — если вы пойдёте против команды — я убью вас.
«Ух, и главное, опять так убедительна! Станиславский был бы рад!» — подумал я, кивая головой. Естественно, я планировал сменить её на посту командира в ближайшее время.
— Меня кое-что беспокоит, госпожа, — заговорил волосатый, и его голос прогудел, как далёкий гром.
Ох, не к добру это.
— Слушаю.
— Железяка! Я против его наличия в нашей добропорядочной команде! — объявил он без стеснения, ткнув в меня лапой.
— Да не буду я тебя волосатым называть! — бросил я, отмахнувшись.
— Дело не в этом! — огрызнулся он, и его шерсть слегка встопорщилась.
— Продолжай, — попросила Сурья, скрестив руки.
