– Я не знаю среди холостяков ни одного, кто с пренебрежением или насмешкой относился бы к участницам или ради съемок строил из себя влюбленного дурака. Узнав сегодня о случившемся с Эммой, мы все были в растерянности, но, так как ничего исправить уже не получится, лишь подняли вопрос о безопасности оставшихся участниц. Мы с Экстазом сделаем все возможное, чтобы подобное вам больше не угрожало, что бы ни произошло, – строго говорил Максимус, усевшись рядом со мной. – С Ксирой и Амалией общался только Экстаз, уже после того как их нашли и вернули по домам. Но я пока не знаю, что там произошло. А про выбывших – я лично сопровождал пару из них к подготовке для транспортировки домой. Они в безопасности и им ничего не угрожает. Мне больно видеть тебя такой, цветочек, пожалуйста… – Он приобнял меня за плечо, притягивая к себе. – Тебе не стоит бояться… – сказал он, поцеловав меня в макушку.
Если все, что он сказал, правда, значит, Совет сглупил, опрометчиво назначив самое жестокое наказание для участницы проекта. Все это ошибка и нам действительно больше ничего не угрожает?
Искреннее желание Максимуса поддержать и утешить меня благотворно влияло на душевное состояние. Конечно, благодаря тому, что он помог мне избавиться от некоторых сомнений, я получила возможность вздохнуть свободнее. Мир снова начал приобретать краски, и все уже казалось не таким безнадежным.
– Я видел тебя разной, – красноречиво подметил он, поглаживая мое плечо. – Счастливой, удивленной, возбужденной, сочувствующей, игривой… Твои глаза должны сиять, а не мучиться от слез. – Он аккуратно поднял мое лицо, взглянув в глаза. – Не позволяй напугать себя. Когда ты расстроена, ты так похожа на мою сестру… А из-за этого я не могу спокойно наблюдать за твоей болью. Желание ворваться в Совет и задушить там всех собственными руками выходит за рамки моего контроля. Ты этого добиваешься? – взволнованно спросил Максимус, поглаживая пальцами мое лицо.
– Все вместе поедем жить на остров? – усмехнулась я.
– Всем проектом, судя по всему, – весело ответил он, широко улыбнувшись.
Каждое прикосновение Максимуса становилось нежным утешением моих тревог. Его присутствие умиротворяло, словно он был нежным заклинанием, способным рассеять все тени сомнений и беспокойства. Его голос, наполненный нежностью, привносил в мою душу чувство покоя, убеждая в безопасности дальнейшего нахождения на проекте, хотя на самом деле гарантировать он мне ничего не мог.
– Спасибо, мне стало немного легче, – все же призналась я.
– Хочешь, сбежим куда-нибудь? – предложил он. – Развлечемся.
– Не знаю. – Я обернулась на Лира, который беззаботно подпирал вход в оранжерею.
– Он мне должен, так что, считай, у него нет выбора, – заговорщически прошептал Максимус. – Я хочу просто прогуляться с тобой. Если ты не против…
– Конечно я не против, но…
– Эй, Лириадор, мы едем на свидание, – громко заявил Максимус, вызвав у Лира скупую улыбку.
Мы прогуливались по ярко освещенным улицам, обрамленным высокими стеклянными зданиями и сверкающими рекламными щитами. Максимус развлекал меня предположениями о судьбах проходящих мимо нас верумианцев, тогда как Лир внимательно следил за окружающей обстановкой. Максимус не упустил возможности сделать мне подарок, купив потрясающее платье. Мое настроение немного улучшилось, чему я была действительно рада.
– Лир, почему ты такой хмурый? – спросила я, когда Максимус отошел купить знаменитую уличную закуску, чуть опередив нас.
– Вовсе нет, – отрезал он, оглядывая пару молодых людей, которые прошли мимо. – Развлекайся. Я рад, что вы с Максимусом сдружились.
– Жаль, он не овладел мной тогда, да? – упрекнула его я. – Кто знает, может, нам было уготовано нечто большее?
Размытые воспоминания о том, как обнаженной я была стиснута крепкой хваткой Лира между ним и Максимусом, заставили меня судорожно вздохнуть. Под эффектом жемчужного китрина я так нуждалась в нем, совершенно забыв обо всем остальном. Тогда во мне бурлило лишь безвольное желание, приглашающее их обоих взять меня, доказав наше взаимное влечение. И как же сейчас я радовалась, что этому не суждено было случиться благодаря вмешательству Лиона…
Лир оставил мой вопрос без ответа, позволив Максимусу снова завладеть моим вниманием.
– Давай поспорим, – сказал Максимус, протянув мне небольшую прозрачную сферу, похожую на мыльный пузырь. – Если тебе понравится, я исполню твое желание, а если нет – ты мое, – по-детски предложил он.
– Озвучим желания до или после моего вердикта? – Я поддалась его шалости, увидев в ней старания отвлечь меня от уныния.
