По телу разлился жар, подталкивающий меня продолжать дурманящие покачивания бедрами. Мощные руки Катара красовались в мерцающем свете, из-за чего мне захотелось увидеть больше. Прикрывая грудь одной рукой, свободной я задрала верх его наряда. Прикоснувшись к рельефному прессу, я едва сдержала стон, когда Катар жестко прижал меня к себе. В его глазах горела страсть, а на губах застыла немая просьба о поцелуе. Позабыв об окружающих, о съемке, об игре, я облизнула губы, когда почувствовала, что Катар принялся помогать себе руками, приводя мои бедра в движение. Его горячая кожа распаляла мою фантазию, тяжелое дыхание туманило разум, а сила мышц дразнила мое возбуждение.
Все предупреждения Лира, Экстаза, Максимуса и Лиона всплыли в памяти, остужая пыл. Только в этот момент я поняла, что жемчужный китрин брал надо мной верх… С каких пор?
– Думаю, мне не очень хорошо… – не скрывая боли в голосе, сказала я. – Мы должны остановиться.
– Ты права, – тяжело дыша, проговорил Катар.
Под выкрики Экстаза, возвестившие о нашем поражении, Катар помог мне встать, собрать вещи и покинуть центр зала. Мое тело тяжело отзывалось на любые приказы разума. Я все еще с вожделением посматривала на Катара, наслаждаясь его прикосновениями. Лир перехватил меня у Катара, осыпая его благодарностями за сдержанность и заботу.
– Ты хорошо держалась, Атанасия, – сказал он, отводя меня в сторону. – Я помогу тебе одеться.
– Кажется, началось…
– Тебе придется потерпеть, – строго сказал Лир, спешно натягивая на меня платье.
– Хорошо, – согласилась я, чувствуя себя все хуже.
Минуя пространство общего зала, мы прошли к лестнице и поднялись на этаж выше. Дверь с правой стороны коридора вела в большую гардеробную, полную нарядов, и спа-зону. Лир усадил меня на мраморную поверхность широкой раковины и помог разуться.
– Я выйду. Мне нужно узнать желания выигравшего холостяка. Пока приведи себя в порядок.
Я в ответ лишь отстраненно кивнула.
Провожая его затуманенным взглядом, я наткнулась на свое отражение в зеркале. Оттуда на меня смотрела моя обновленная версия: радужки глаз переливались цветом расплавленного металла, а белые ресницы обрамляло слабое свечение, придающее лицу волшебный вид. В дополнение ко всему я распустила волосы, чтобы в полной мере насладиться их переливами. Губы пылали и даже немного болели от незаслуженного одиночества.
Разобравшись с краном, я подставила руки под холодную воду. Тело охотно отозвалось на приятную прохладу. Ноющее желание внизу живота не ослабевало, и я решила освежиться в душе, который нашла с обратной стороны гардероба. Назначение символов на панели управления угадывалось интуитивно, поэтому мне легко удалось активировать воду, заструившуюся сверкающим потоком, словно драгоценный эликсир, способный избавить меня от губительной жажды. Платье тут же промокло, обостряя чувствительность каждой клеточки моего тела.
– Атанасия? – услышала я голос Лира.
Я не могла ему ответить и продолжала стоять под холодными струями воды. Мысли возвращались к плавным покачиваниям на бедрах Катара, к его нежным поцелуям между ног, к его смелому взгляду, брошенному, когда он опустился передо мной на колени.
– Что ты делаешь? – взволнованно спросил Лир.
Я повернулась к нему, прильнув спиной к холодному мрамору. Тонкие струйки воды блестящим контуром очерчивали мое тело, выставляя все изгибы напоказ. Я наслаждалась пристальным взглядом Лира, не переставая думать о том, что хотела бы сейчас сделать. Я потянулась к нему, мечтая заполучить сладкий поцелуй. Для меня перестали существовать неоправданные правила, запреты и нормы приличия. Теперь меня больше ничего не волновало, кроме манящих губ мужчины передо мной.
– Прекрати, – попросил Лир, когда я прильнула к нему всем телом.
Несмотря на уверенность голоса, его руки тут же обвили мою талию. Он держал дистанцию между нами, но я видела в его глазах отражение собственной страсти и неоспоримого желания. Он хотел меня с такой же силой, как и я его. Приоткрыв рот, я облизнула губы и привстала на носочки.
Лир не поддался. Он нахмурился и поджал губы. Чтобы добиться желаемого, я взяла его руки и медленно переместила их себе на грудь. Он с трудом сглотнул и запрокинул голову, признав силу своих желаний.
– Нет, Атанасия, – все же запротестовал он, прижав меня к себе.
Его руки блуждали по моему телу, сжимая и поглаживая до тех пор, пока он не сделал шаг назад и отпустил меня.
– Я попрошу кого-нибудь из холостяков тебе помочь, – строго сказал он. – Кого ты готова подпустить к себе?
Свет в помещении был мягким и приглушенным, из-за чего он казался привлекательнее, чем обычно…
Осознав, что не получит ответа, Лир снова оставил меня одну.
– Лириадор, что происходит? – Я схватил его за руку, когда он проносился мимо меня.
– Сложно объяснить, – встревоженно ответил он, вырываясь. – Эм… Ты в курсе про жемчужный китрин? – с нескрываемой надеждой в голосе спросил он.
– Про что? – растерялся я.
Лириадор цокнул языком и помчался прочь.
Я тут же активировал Систему, чтобы понять, что он имел в виду, но меня отвлекла Таллид:
