Начало Отбора. Инициализация. Кандидат. Мышиный труп. Доза силы. Выберите награду. Что происходит?Андрей никогда не стремился стать самым-самым, здесь бы сначала просто не сдохнуть от голода. Родителей нет, из родных только дед, а друзья если и остались, то точно не в деревне. Сам всему учился, сам закалялся и сам развивался. Скрытое качество — тайно считает себя самым умным.Как он отнесётся к начавшейся игре? Что из себя представляет Отбор? Как он происходит? Как не умереть при поиске ответов? Андрей, пока что, не знает.Но погоня за силой присуща всем существам, не только человеку. Стать сильнее за чужой счёт? Получить шмотку? Знание? Разве что одним глазком, хорошо? Никто же не против…Примечания автора:Дополнительная информация в закреплённом комментарии ниже.
В Начале Времён вселенная была нестабильна. Слишком много флуктуаций, малый размер и неопределенность являлись её извечными спутниками. Но время шло и постепенно мир принимал форму, близкую для наличия жизни. Жизни не простой, чаще всего скоротечной и от того невероятно адаптивной.
Первые миры разрушались в ходе самых обычных случайностей — будь-то падение миллионов астероидов, столкновение со стокилометровой кометой или же взрыв очередной сверхновой. Первые цивилизации гибли, не успевая осознать себя, возвыситься и противостоять космическим угрозам. Слишком быстро все происходило, слишком мало можно сделать обычным камнем, палкой или будь-то начинающей магией. Но миров уже тогда имелось миллионы, были и те, кто смог уцелеть среди вулканических пустынь, пепла и пыли.
Кто-то находил Силу и вставал на путь её вечного поиска, кому-то везло заполучить могущество павших цивилизаций, а кто-то просто рождался особенным. Каждый из них стремился к своему, их интересы сталкивались и происходили войны. Войны кровопролитные, безжалостные и масштабные, но жизнь, если описывать её как пунктирную линию, продолжалась. Она кипела, бурлила и быстро заканчивалась, но в общих чертах — продолжалась.
Теперь миры гибли не по воле случая, а по чужой прихоти, в череде конфликтов и столкновений. Набравшие мощи не могли остановиться на пути её накопления, стремясь к постоянному движению. Логика подобного была проста как день — остановиться означало пасть от руки не остановившегося соседа. Естественный отбор во всей красе, будь он ни к черту.
Так в мире появилось Существо, способное победить в последующих гонках. Одного мира ей оказалось мало, следом пошла вся местная звёздная система. Потом ещё одна, потом ещё и ещё. Дороги из трупов, миры, поглощенные без остатка. Бойни не останавливались, Существо становилось тем сильней, чем больше врагов оставалось по ту сторону мироздания.
Однако одержимому вечным усилением было мало. Скорость освоения других миров оказалась ничтожно мала, пока гиб один, на задворках галактики рождались сотни. Существу требовалось перемены, требовался толчок и очередное усиление. Пусть оно и было в силах разделить свое сознание на тысячи миллионов осколков, породив толпы клонов и направив их в разные стороны, общей сути это не меняло. Что такое миллионы поглощенных миров, когда их бесконечное множество? Больше чем ничего… Существо это прекрасно понимало, от того сильнее и яростнее искало решение.
Тысячелетия скитаний, поиска новых знаний и открытий помогли найти ответ. Где не можешь справиться один, найди подмогу. Так появилась она — Система. Система, способная множиться быстрее естественного роста вселенной, чтобы в конце концов отдать всего себя своему создателю. Отбор продолжил своё существование, просто несколько в иной форме.
Убей или будь убитым. Кому какое дело, если по итогу все окажутся в одном, всем известном месте?
Середина июля. Лето. На улице алтайского края разворачивается самое настоящее пекло. Сессия наконец-то позади, дипломные работы закрыты, бесполезная корочка успешно получена и теперь пылится в портфеле. Возможно и стоит порадоваться, только вот обстановка в автобусе к этому явно не располагает…
Ещё раз напомню. Середина июля. Лето. На улице пекло. Все студенты норовятся поскорее покинуть обжитые посильным трудом общаги, переезжая со всеми пожитками. Я в этом плане, разумеется, не исключение. Чуть ли не сижу на багаже, вовремя успев занять последнее свободное в автобусе место. Пот льется ручьем, запах вокруг не очень, раздражительность зашкаливает, открытые на все ставни форточки явно не справляются со своими обязанностями. Мне тут только наличия «псевдодоброжелателя» не хватало…
— Молодой человек! Не видишь, что ли, как бабушка рядом мучается? Ну-ка уступи быстро место! — намеренно громко заявила на весь автобус кондуктор, наверняка таким образом стремясь выплеснуть уже собственную раздражительность хоть на кого-то…
Что надо было ответить? Что мне ещё три часа ехать и с моей грыжей, и сорокакилограммовым багажом я точно не выстою? Что для начала стоит проявить хоть капельку вежливости, если хочешь того же? Что мне и дела нет до абсолютно чужой бабушки, которая явно в автобусе по собственной воле? Причем, учитывая единичный пакет гречки, далеко не в первый раз?
Из всех вариантов ответа я не видел правильного. Моральные нормы современного общества так устроены, что я не прав по-умолчанию. Так стоит ли начинать оправдываться, переступая через себя, если мне этого делать не хочется? Именно поэтому я выбрал молчание…
— …
— Нет, ну вы посмотрите на него?! Ни стыда ни совести!
— Сел и молчит! Что за неуважение… — поддержали спич кондуктора другие недовольные. К слову, которые точно также как и я успели занять свободные места…
— Ох и что за молодежь нынче пошла…
— Да ладно вам, что вы на него наговариваете? Подрастет, постареет, тогда и поймет, как нычне старикам сложно…
