Ещё один удар я перевернулся вниз головой, ударился лбом о выступающий камень и рассёк себе бровь. Кровь мгновенно залила всё лицо. Я всеми силами стараюсь не замечать это и продолжаю попытки ухватиться хоть за что-то. Удача наконец-то улыбнулась мне и кое-как вцепился изодранными пальцами за тонкий ствол свисающего вниз деревца. Оно сильно прогнулось под моим весом и грозилось вырваться с корнем. С маниакальной страстью и ягой к жизни, я потянул себя вверх.
Быстро дышу, боль захлестнула всего меня, но нужно терпеть! Сейчас решается моя жизнь!
Никогда прежде не испытывал ничего подобного. Даже в момент перемещения в новый для меня мир, когда вся деревня накинулась на меня, словно изголодавшиеся волки, я старался сохранять спокойствие. Но здесь всё иначе. Смерть куда материальное, чем я думал. Она близко за твоей спиной и стоит сделать один неверный шаг, как ты окажешься на краю пропасти.
Прижавшись к холодному камню, я ждал. Нужно переждать пока весь мусор соскочит сверху. Мелкие камни и труха перемолотых брёвен, осыпает меня подобно дождю. Это причиняет лишь слабый дискомфорт, ведь адреналин бьёт через край и в моменте тушит болевые ощущения. Подтягивая себя руками и вижу во что превратились мои пальцы. Ничего, я алхимик! Все излечу, главное взобраться наверх и взять небольшую передышку.
На деле я отлетел не так далеко и могу спокойно наверстать упущенное. Адреналин подарил не только притупление боли, но и много силы. Сам не понял, как нагнал всю группу и под их ошарашенный взгляд, я взобрался на верхнее плато.
— Корзина, — судорожно руками нащупал на спине помятую, перекошенную корзину. Даже не удивился, какого дьявола она пережила весь этот хаос и лямки не оторвались. Самое главное, все ли там в порядке. Мази, ткань и прочие нужные в данный момент вещи. — Ну же! — начинаю нервничать, болевые ощущения постепенно возвращаются и словно раскалённые иглы пронзают мою кожу. Дрожащими руками достал из помятой корзины баночку с мазью, которая ко всему прочему разбавленная успокаивающим эффектом. Я могу без страза использовать своё лекарство на себе, ведь рассчитал дозировку до грамма.
— Твою-то мать! — я стиснул зубы, ведь в полной мере осознал из какого дерьма выбрался. — Нормально-нормально, главное жив, все исцелю, все! — руки дрожат так сильно, что даже подобрать белый лоскут стало очень сложно. Он то и дело выпадает из рук, просачиваясь сквозь окровавленные пальцы. Постарался успокоиться, но всё тело содрогается из-за тремора. Инстинкт самосохранения до сих пор трубит во всё горло. — Давай же! — кровь хлещет изо всех дыр, боль разъедает голову, но нужно держаться, иначе…
Кое-как удалось обработать руки и принялся за бровь. К несчастью с собой нет зеркала или ещё чего-то, что нормально бы отразило мое покалеченное лицо. Перебираю пальцами по лбу в поисках рассечения. Жгучая боль заставляет вздрагивать после каждого неудачного касания. Вроде бы определил, где находится разорванная кожа и даже смог примерно смоделировать в голове, как будет проходить эта операция, если её можно так назвать.
С большим трудом продел нитку в ушко иглы и приступил к штопанью раны. Больно, но нужно все вытерпеть. Шов неаккуратный, но ни это сейчас главное, да и перед кем мне красоваться? Перед деревенскими девочками, которые мне в дети годятся?
Усмехнулся и получилось так, что потянул кожу на лбу. Кровь сразу же хлынула и залила правый глаз. Просто закрыл его не стал даже пытаться проморгаться. Всё равно на ощупь зашиваю. Я не боюсь занести инфекцию в рану, ведь у меня есть живительная мазь.
Кое-как зашил и смазал шов мазью, сверху приложил небольшой кусочек чистой тканевой полоски. Ещё раз потрогал лоб и больше ничего опасного не заметил, за исключением пары ссадин.
Группа уже поднялась и тихо ждала, пока я закончу с наведением марафета. Они учтиво стояли в стороне, оглядываясь по сторонам.
— Часто такое бывает? — хрипло спросил я. С замотанными руками и перебинтованным лбом, я напоминаю ходячего мертвеца, который едва выбрался из могилы. — Мы чуть не погибли…— с затаённым страхом добавил я.
К моему удивлению, Маркус покачал головой, а другие с жалостью смотрят на меня.
— Мы уж думали, что всё…— мужчина почесал грязный лоб и покачал головой.
— Что все? — я собрал вещи в корзину и закинул её на плечи. Спина и руки жутко ноют, но мазь начала действовать. Слабое покалывание распространилось по всему телу, но дальше этого не зашло. В прошлый раз, когда лечился своим же лекарством, то чуть копыта не отбросил. Сейчас всё куда лучше. Чувство прогресса не могло не радовать даже, казалось бы в такой момент, когда счастьем и не пахло.
— Ну…— замялся Маркус.
— Да че яйца то мять, — вдруг вмешался тощий. — Помер ты… Ну мы так думали! Валун прямо на наших глазах размазал тебя в кашу! — он яростно дышал с красным лицом, как помидор. Мне не понятна причина его волнения, но черт с ним. Тощая обезьяна неровно дышит ко мне, чтобы это не значило.
— Ну, в другой раз, товарищи охотники, — я пожал плечами и встал на ноги.
