Крепко сжал кулаки и начал молиться про себя. Ещё никогда прежде я не оказался в подобной ситуации, когда жизнь и смерть зависят от моих наработок в чертовой алхимии, которая в моей прошлой жизни считается чем-то из разряда фантастики или чьих-то глупых записок из древностей.
— ОНИ ЗДЕСЬ! — вдруг завопил Маркус. Он схватил копьё, стоящее недалеко от него. Татуировка на его шее начала шевелиться и алый туман начал расползаться по дощатому полу, — КОГДА ОНИ ДОСТИГНУТ ВОРОТ, БРОСАЙТЕСЬ В БОЙ! ЗАЩИТИТЕ СВОЮ ЗЕМЛЮ, СВОЮ СЕМЬЮ И СВОЙ ДОМ! — его крик распространился на сотни метров вокруг. У меня аж заложило уши.
Внизу, после кратковременного затишья, каждый из местных завопил во всё горло:
— ЗАЩИТИМ!
Этот крик настолько мощный, что у меня по телу пробежала дрожь. Едва удержался на помосте, схватившись за хлипкие перила. Боевой дух селян невероятен. Они не сдались и не убежали, а вторя огню в своём сердце, вскинули копья на изготовку, рассредоточившись таким образом, что охотники стояли впереди, готовясь принять на себя основной удар, а более слабые (старики и женщины) позади, как последний рубеж или точка не возврата.
— алхимик, — вдруг до меня донесся голос Маркуса. Он повернулся ко мне и еле слышно произнёс:
— Беги отсюда, сохрани свою жизнь и свой талант, тебе не за что умирать вместе с нами.
— С чего ты взял, что я собрался умирать? — я приподнял брови и бросил короткий смешок. Покачал головой и сложил руки на груди, преисполнившись уверенностью в своём творении, — Просто наблюдай, Маркус, просто наблюдай, — это всё, что я ему сказал, после чего отвернулся и уставился на приближающееся стадо.
С каждым пройденным метром, дрожь, бьющая по земле, становилась сильнее. Всё дошло до такой степени, что аж забор начал идти едва заметной волной. Люди снизу замолчали, каждый напрягся до такой степени, что аж глаза покраснели. Оно и понятно, сейчас будет решаться останутся ли они в живых или сгинут подобно тем, по кому уже прошлась орда зверей.
Я послюнявил указательный палец и поднял вверх. Ветер дует нам в спину, что не может не радовать. Остаётся просто ждать момента, когда твари подойдут к радиусу распространения запаха двух смешных растений, перемолотых в белёсый порошок.
Вот и они!
Я выпучил глаза и в ужасе уставился на удушающую по размерам волну. Их настолько много, что своим топотом они размазывают землю в сплошную кашу. Ни одно дерево, вставшее на их пути не может остановить или развернут волну, погибает всё, что не попало бы под каток. Позади них, образовался пыльный шлейф, который взлетел настолько высоко, что его можно увидеть на расстоянии многих километров.
— Три… Два… Один! — я отсчитал время, через которое стадо подойдёт в радиус и стоило им войти внутрь, как внутри волны раздался первый встревоженный крик. Следом, словно по цепочки, взорвались остальные звери. Волки, медведи, кабаны и даже лисы с оленями.
— Мать честная, что это такое⁈ — воскликнул Байер. Парень крепко сжимает копьё двумя руками и с глазами по пять копеек, смотрит на хаос внизу.
У меня в голове сейчас полный бардак. Хаос внизу достиг невероятного уровня. Звери остановились буквально в тридцати метрах от частокола и начали сходить с ума. Сначала не все их них впали в странное состояние, первыми остановились те, кто бежал быстрее всех. Они задрались на дыбы и резко повернулись обратно к стаду, нарушая их плотный строй. За первыми пошли вторые и так по цепочке. Издалека кажется, что кто-то пытается выпрыгнуть из стада, но у них ничего не выходит. Топчут друг друга, рвут на куски. В воздухе сразу же поднялся удушливый запах крови, смешанный с дерьмом. Жуткое зрелище, ничего не скажу.
Я искоса посмотрел на охотников. Те раскрыли рты и не могут даже слова произнести, вот насколько это ударило по ним. Ничего удивительно в этом нет, только что они готовились к смерти, а теперь, когда внизу творится истинный ужас, им не остаётся ничего, кроме как завороженно наблюдать за тем, как звери топчут друг друга и разбегаются в разные стороны, так и не достигнув частокола.
— Какого хрена там происходит? Что это за вопли? — со стороны местных жителей, которые мысленное уже распрощались с жизнью, раздался пронзительный голос толстой ткачихи, который подхватили остальные:
— Ну чего там? Звери уже должны были подойти!
— Чего это они вам должны? — я развернулся и обратился к толпе, — Ждите, скоро все закончится и вас будет жать приятный сюрприз!
— Что ещё за сюрприз? — спросил Байер, который вроде бы отошёл от шока и аккуратно подошёл поближе ко мне, при этом не отрывая взгляда от побоища внизу:
