Я умер, не прожив и тридцати лет. Однако за свою короткую жизнь я успел прочесть немало книг про попаданцев, а потому, оказавшись на суду перед Богом, не особо переживал. А стоило!Теперь я — системный инспектор, который решает проблемы целого мира и подчищает за провалами Системы, моего непосредственного начальника.Ну а самое неприятное — меня интерфейсом, который есть у каждого жителя этого мира, он не снабдил!Примечания автора:Однажды, во время просмотра одного часового ролика, я отвлекся и стал думал о том, что успел прочесть. В основном я читаю о попаданцах и их приключениях. Это, конечно, веселые и захватывающие истории, рассказывающие о том, как герой, окружённый верными друзьями, идёт вершить справедливость или же покорять мир.И тут меня будто током ударило — захотелось рассказать о похождении не героя, а человека, который, неожиданно для себя, был назначен подчищать за героями. Ведь на своём пути справедливости они часто оставляют многое разрушенным, уничтоженным или убитым. Ясен пень, что местному демиургу, создателю миров, такое не понравиться. А ведь всегда, когда появляется такой герой в мире, начинают, по неожиданной воле «судьбы с человеческим лицом», активизироваться катастрофы, оживать тайные ордена и плестись километровые интриги.И вот именно решением проблем, которые появляются от таких героев, нашему человеку и придётся заняться.
Жизнь — штука несправедливая. Один может всю жизнь работать, пахать по-чёрному во благо себя и человечества, открыть или изобрести невероятно полезную вещь, но под конец жизни не заработать себе на достойную пенсию. А другому повезёт в один-единственный день, и он всю жизнь будет плавать в деньгах, словно тот скряга из всеми известного мультфильма.
Я никогда не относил себя ни к тем, ни к другим. Работал, конечно, но без того карьерного фанатизма, который порой встретишь у человека, и будешь вечно удивляться — куда он так спешит? Неужто поскорей со смертью увидиться?
Удачей я тоже не славился — где-то везло, где-то нет. Чёрная полоса сменялась белой, а белая чёрной. В моей жизни всё было довольно обыденно, но в этой обыденности оно и было прекрасно. Обычный рассвет, обычный день, обычный вечер. И в каждом этом дне было что-то обычное и привычное, дарящее спокойствие.
А потом я умер. Лёг ночью спать, а утром не проснулся. Смешно и грустно — мне и тридцати лет нет, а помер, словно шестой десять шёл. Прав был отец в своё время, что мне стоило больше заниматься своим физическим здоровьем.
Сперва, конечно, я был удивлён тем, что оказался не в своей квартирке, а посреди неизвестной мне комнаты. Стены бежевого цвета, отсутствие окон, натяжной потолок — это помещение было мне незнакомо, и я сперва подумал, что был похищен. Но через секунду я знал, что моё тело мертво, как бы это парадоксально не звучало.
— Вижу, ты очнулся, — Вдруг, сзади, прозвучал мужской голос. Я обернулся назад, но никого не заметил, — Сюда посмотри!
Я вновь повернулся в сторону голоса, но никого не заметил. Что это было? Диктофон? Может, это за стенами? Или в самих стенах? Не успел я подумать об этом подробнее, как передо мной появился человек.
Это единственное, что можно было сказать о нём. Его тело было скрыто мешковатыми одеждами синего цвета, ладони спрятаны в перчатках, а на лице имелась маска с подмигивающим смайлом. Однако маска не скрывала его шикарные длинные белые волосы, заплетённые а сотни, если не тысячи, маленьких кос.
— Внемли мне! Ибо имя мне Система, — Пафосно заявил мужчина с белыми волосами, величественно обращаясь ко мне.
— Система? А что тогда ты не говоришь, этими, табличками? — В миг мне вспомнились все прочтённые истории о попаданцах, которые, внезапно, стали моими коллегами. Этот эксцентричный внешний вид, крикливый до безобразия, да и общая атмосфера была какой-то до боли известной и вызывало чувство дежавю.
— Это долго и неэффективно. Плюс, мой человеческий вид вызывает больше доверия, не правда ли?
— Не особо, — Честно признался я, всматриваясь в своего собеседника. И чем больше я на него смотрел, тем меньше я верил в происходящее. Дальнейшее лишь подверждалось.
Этот неизвестный мне тип, представившись Системой, стал заливать мне о своих соболезнованиях на тот факт, что я помер. Конечно, поверил я ему.
— Не заливай мне в уши воду. Раз ты такой великий и могучий, то зачем тебе понадобилась моя персона? — Я решил сразу разъяснить самый больной вопрос.
Собеседник замер, с интересом рассматривая меня.
— Да, многие у меня были — и тупые набожные корольки, и школяры, болеющие всеми видами проблем с головой, даже всякие спецназовцы и крутые перцы. Но только ты у меня полностью отбитый, наглухо. Тебя чем в детстве били?
— Смешно, — Сухо прокоментировал я его риторический вопрос и попытку перевести тему, — Так зачем тебе я?
— Ладно, — Собеседник, в миг, стал серьёзным и опасным. Даже я, никогда в жизни не бывавший в горячих точках, напрягся и был весь на иголках. Я резко пожалел о том, что решил спросить этот вопрос у столь опасного существа, — Есть у меня проблема. Я, вообще, занимаюсь переселением душ между мирами, ну и рулю десятком миров, являясь там божеством. Где-то единственным и неделимым, где-то верховным в пантеоне, но главным. Но вот случилась одна оказия — в мой мир как-то пробрался попаданец. Да не простой, а заряженный силой моего коллеги, к сожалению, более сильного, чем я. И этот герой становится большой проблемой.
Собеседник перевёл дыхание, и продолжил.
— Когда в мир попадает сущность подобной мощи, по всей планете начинается лихорадка. То король с ума сойдёт и начнёт гражданскую войну, то древние тёмные культы проснутся, то вовсе портал в другие миры найдётся. Этот мир был создан не мной, однако, если я его потеряю, то это будет сильный удар по моей репутации. К сожалению, я лично не могу устранить проблему — у меня, как и у всех богов в этом плане, связаны руки. Но, если я отправлю тебя, то смогу уничтожить этого гадкого героя и вернуть прежние позиции, — На этом мой собеседник закончил, упав в мягкое кресло, которое, секундой ранее, появилось позади него.
Я посмотрел назад. Мне стул был не положен, поэтому я продолжил стоять.
— Твою выгоду я успешно понял. В чём же моя? — Во мне проснулась еврейская кровь. И пусть во мне она не течёт, но просто так взять и начать плясать под дудку этого божка мне не хотелось.
