- Не все, - возразила она. - Некоторые просто вышвырнули вон законных владельцев и сели на их место.
- В далеком прошлом, возможно, - согласился он, - но времена изменились.
- Мы объявляем войну бурлескам и игорным заведениям на Дуайт-стрит. Нас поддерживает Макклейрен из "Экземинера". Он начинает в своей газете кампанию одновременно с нами.
- Поищите кого-нибудь другого, - посоветовал Марк. - Макклейрен - большой сумасброд. Толку от него мало. Не думай, я желаю вам добра, но Макклейрен совсем не то, что нужно.
- Он человек честный, что бы про него ни говорили, - упорствовала Тереза. - Комитет уже встречался с ним, и в следующий понедельник он начнет серию статей-очерков о Винсенте Стивенсе, так называемом "благодетеле" нашего города.
Марку становилось все более и более тревожно. Хорошо бы надолго укрыться за толстыми стеками, где его никто не будет беспокоить, звонить по телефону, и чтобы вокруг были только друзья из прошлого.
- По-моему, ты делаешь ошибку, - заметил он.
- Почему?
- Потому что эта статья будет явно против Дона Винченте, а он, между прочим, подписывает чек с моим жалованьем.
- И, значит, способен только на добро?
- Когда мы приехали сюда, не зная здесь ни души, о нас позаботился он. У меня не было никакой специальности. Без Дона Винченте меня бы и в официанты не взяли. Если мне придется водить такси, Мартина в колледж мы послать не сумеем.
- Ты отрицаешь, что он нажил свои деньги торговлей спиртным во времена сухого закона? - спросила Тереза.
- Ничего я не отрицаю, - ответил Марк. - Он был тогда совсем мальчишкой без всякого будущего, а ему тоже хотелось жить, вот он и стоял за себя как умел. Но те дни давно прошли. Надеюсь, твой друг Макклейрен не забудет упомянуть, что Дон Винченте пожертвовал четверть миллиона долларов на строительство нового крыла для больницы.
- Неужели ты не понимаешь, что все это делается напоказ? - спросила она. Он крадет десять миллионов, а потом возвращает четверть миллиона, чтобы заткнуть людям рот. В этом городе все сверху донизу подкуплены, и это дело его рук.
- Этот город открыт для всех, потому что так хотят его жители. Мэр, который был до Грабчека, попытался было кое-кого выдворить - от него живо избавились. Если тебе не нравится, что тут происходит, вини не Дона Винченте, а тех, кто посадил в мэры Грабчека. Ведь горожане выбрали Грабчека огромным большинством голосов.
- Стивенс платит и Грабчеку, и этому капитану полиции, как там его фамилия.
- Они берут деньги у всех.
- Прошлой осенью, когда этот подонок, сын Стивенса, задавил насмерть человека, Стивенс договорился с полицией и его отпустили. Как это называется?
- Какой нормальный отец не сделает все возможное, чтобы помочь сыну?
- По-моему, нормальный отец не должен так поступать, - возразила Тереза. Во всяком случае "Экземинер" собирается потребовать пересмотра дела, и, держу пари, при такой гласности он этого добьется.
Марк взглянул на нее с удивлением. В этом настроении она была готова бороться даже с ним. Она оказалась по другую сторону баррикад. Не надо было приезжать в Америку, подумал он. Выжили бы и дома. На худой конец могли бы перебраться в Рим.
- Сделай мне одолжение, - сказал он. - Не занимайся этими делами.
- Странное у тебя настроение.
- Может быть.
- В чем дело?
Он не знал, как выразить по-английски - да и по-итальянски тоже - ощущение обреченности, еле уловимое предчувствие смерти.
- Sono seccato. Мне все осточертело. - Выражение это могло означать все, что хотел услышать собеседник. А поскольку он сам не понимал собственной тревоги, то не мог объяснить свои чувства Терезе. Он решил переменить тему. Я получил письмо от Паоло. У него неприятности. Кто-то сделал так, что новая дороге на Палермо идет мимо самой деревни, и на него нажимают, чтобы он продал гараж Астма его усилилась. Похоже, что он потеряет свое агентство.
В такие минуты Марк любил думать и говорить про жизнь в Италии, где ему больше не было места.
- На земле моего двоюродного брата Росси нашли медь. Надо было бы съездить поздравить его... В Кальтаниссетте опять выборы. Кандидат - наш родственник по материнской линии. Зять моей троюродной сестры... А про Мессину сняли фильм.
- Про бандита?
- Ну да. Вот все посмеялись... В Сан-Стефано строится отель для туристов. В такой дыре, представляешь?
- Паоло не пишет про твою сестру? - спросила Тереза.
- Ее муж уехал на заработки в Германию. Она осталась одна с тремя малышами.
- Он не должен был этого делать.
- А разве мог он иначе? фабрика закрылась, и половина города сидит на пособии. Как бы нужно съездить туда. В такое время я должен быть рядом с Паоло, хоть он меня и не зовет. Наши родственники - люди терпеливые и не хотят беспокоить нас своими бедами. А я чувствую, что все там разваливается.
- Они хоть тебе пишут, - заметила Тереза. - А я и писем-то не получаю. Уже полгода прошло с тех пор, как мама написала в последний раз. Она поссорилась с бакалейщиком, который обычно писал под ее диктовку. Может, она больна, а я ничего не знаю.
