– Да! Все под контролем! Бойлер работает, никто не пытался его выключить!
Абукири кивнул и повернулся к мотористу:
– Нужно срочно открыть паровой вентиль на змеевик рабочего топливного бака!
– Но он же почти пустой, – удивленно моргнул на инженера моторист. – Если вам нужно топливо для перехода, то нужно сперва через сепараторы закачать его из главного танка.
– Делай, что тебе говорят! – перебил моториста Абукири.
Крис ткнул египтянина пистолетом:
– Слышал, что сказал инженер? Давай к вентилю, живо!
Через полминуты пар выдавил из змеевика топливного бака конденсат и начал быстро разогревать остатки топлива. Стрелка термометра на пульте в ЦПУ качнулась и поползла к красной линии.
Абукири оглянулся на Джона:
– Оставайся тут! Никто – понял? – никто не должен добраться до паровых вентилей и бойлера, что бы ни случилось! И тогда совсем скоро мы отправимся к Аллаху как герои!
– Можешь на меня положиться, Абукири! – с готовностью ответил Джон, впервые за все время назвав инженера на «ты» и по имени.
Но Абукири отнесся к этому как к должному. Уже через несколько минут они все должны были умереть во имя Аллаха. А мученики ислама равны перед Всевышним…
Пятерка боевых пловцов, высадившихся на корме, практически не пользовалась радиосвязью. Это было излишним. На тренировках захваты судов и освобождение их от террористов были отработаны до мелочей. Так что изобретать велосипед в случае с «Луксором» не пришлось.
Двое пловцов двинулись по левому борту, двое – по правому. Командир по трапу скользнул вверх. Обогнув дымовую трубу, он оказался на шлюпочной палубе. В это время подчиненные начали докладывать:
– Первый! В каюте левого борта «двухсотый»! И еще один…
– У нас то же самое… Похоже, они убили всех!
– Понял! – выдохнул командир и метнулся вперед. Он осознал, что спасти хоть кого-то из экипажа танкера навряд ли удастся. Теперь оставалось только не дать террористам привести в действие свою адскую машину. – Всем! При малейшем движении огонь на поражение! Как поняли?
– Поняли, Первый!
– Шестой, подъем на борт!
Шестой замешкался с ответом, и командир выдохнул на бегу:
– Шестой, мать тебя так, подъем!
Шестой ответил совсем тихо:
– Наверху на палубе появились люди! Они что-то делают, я могу их спугнуть.
– Понял! – выдохнул командир.
Было ясно, что террористы на палубе возились неспроста. Возможно, до взрыва оставалось всего несколько секунд…
– Вот! – ткнул пальцем моторист, сделав несколько торопливых шагов по палубе. – Это контрольный патрубок топливного бака.
– Точно? – на всякий случай переспросил Абукири.
– Да, да! – дважды кивнул напуганный моторист.
Он рассчитывал, что своим послушанием и рвением заслужит у террористов жизнь, но ошибся. Едва убедившись, что моторист указал нужный патрубок, Абукири сделал выразительный знак Крису. Тот коротко взмахнул ножом и вонзил его под лопатку пленника. Моторист упал. Инженер, даже не посмотрев в его сторону, склонился к патрубку. Он представлял собой трубу с особым навинчивающимся наконечником. Несмотря на обилие на современных судах электроники, самым надежным способом измерений по-прежнему остается дедовский тросик с узелками и грузом. Как раз такой тросик и крепился к крышке патрубка. Вытащив его, по следу топлива можно было абсолютно точно определить, сколько его осталось в баке.
Но Абукири это было все равно. Ему просто нужно было отверстие, через которое он собирался воспламенить перегретые топливные пары в баке. Этот взрыв должен был неминуемо нарушить целостность пятого танка. А тот находился под давлением, поэтому должен был взорваться не хуже парового котла.
Юго-западный ветер немного утих. Но его силы было достаточно, чтобы за несколько минут перенести ядовитое облако к Пирею и накрыть невидимой смертью круизные суда неверных.
– Отворачивай крышку! – скомандовал Абукири Крису, а сам провел руками по лицу, отдавая хвалу Всевышнему.
На полноценный намаз времени у террористов не было, как и на то, чтобы переодеться в чистое. Но Абукири был уверен, что Аллах простит им это…
– Готово! – произнес слегка запыхавшийся Крис.
Абукири глубоко вздохнул и с хищной улыбкой повернул голову в сторону Афин. В руке у него возникла надежная «зипповская» зажигалка. Шагнув к патрубку, инженер левой рукой снял отвинченную крышку и с фанатичным блеском в глазах воскликнул:
– Аллах акбар!!!
Мгновение спустя инженер крутанул колесико зажигалки и протянул правую руку к отверстию патрубка…
Командир группы боевых пловцов не стал мешкать. Бросившись к узкому трапу, он буквально взлетел на навигационную палубу. Это самая высокая палуба любого судна, и представляет она собой крышу надстройки.
