— Не знаю, сейчас спрошу. Эй, сеньор, вы…
— Вы очень вовремя здесь появились, ребята! — отсмеявшись, похвалил парней князь. — Вот только скажите мне — как?
— Это все Малыш, — улыбнулся Альваро. — Он заметил, как вас куда-то ведут…
— И заметил тех, кто за вами следил, сеньор, — покрасневший от похвалы мальчуган приосанился и сверкнул угольно-черными глазами. — Такой истинный кабальеро, красавчик…
— Понятно, Малыш, давай пять!
— Че-го?
— Руку, говорю, протяни… Вот так! Спасибо тебе за все, парень.
С чувством пожав узкую ладошку Фелипе, Егор посмотрел на Лупано:
— А ты, парень, как?
— Просто сказал отцу, что отправляюсь в Монтсеррат, поклониться Святой Деве!
— И он тебя отпустил?!
— Даже напутствовал. Давно уже хотел… ну, чтоб я сам… хоть что-нибудь в своей жизни сделал. Вот я и делаю.
— Молодец, Лупано! И ты давай пять.
Часа через полтора-два лодка с беглецами пристала к низкой, заросшей камышами излучине, от которой река резко поворачивала на запад — прямо в лапы врагов.
— До моста завтра вряд ли успеем, — вытаскивая весло, угрюмо пробормотал Рыбина. — Если только ночью плыть… так на камни напоремся.
— Думаю, у моста они нас поджидать и будут, — нахмурясь, князь выбрался на песчаную отмель и протянул руку Аманде… да той уже помог Лупано, довольный, как, наверное, никогда.
Что ж, пусть помогает. Вожников поспешно спрятал улыбку — имелись у него планы на этих двоих. Очень хорошие планы, можно даже сказать — матримониальные или как там принято выражаться в широколобых ученых кругах.
Ближе к вечеру беглецы выбрались на берег и, притопив ненужную уже больше лодку, отправились вверх по течению по рыбачьей тропе — идти-то все равно нужно было в горы, на север. Тем более Вожников надеялся, что уж в этой-то стороне их сейчас явно не будут искать: спуститься вниз по реке ради того, чтобы тут же вернуться обратно, — мавры красавчика де Риверы вряд ли смогли бы до такого додуматься, не знали, сволочуги, хорошую русскую поговорку: «Прямо — шесть, кругом — четыре». А еще: «Бешеной собаке триста верст — не крюк».
— Вы лодку-то где взяли? — взобравшись на кручу, оглянулась Аманда. — Украли, поди?
— Нет, купили, — съязвил Беззубый Альваро. — Конечно, украли… Малыш Фелипе ее так по реке и вел, а мы за вами следили.
— Лоскутки развешивали, понятно.
Девушка улыбнулась и — который раз уже — бросила лукавый взгляд на Лупано, выглядевшего сейчас как настоящий мачо: разодранная на груди рубаха, подвернутые до колен штаны, башмаки из доброй свиной кожи — чтоб зря по горам ноги не сбивать. Длинные светлые локоны парня трепал налетевший ветер, а в глазах сияли спокойная уверенность и восторг, который нынче разделяли все.
— А здорово мы все-таки! — хлопнул в ладоши Малыш Фелипе. — Ага?!
Все засмеялись, довольно хмыкнул и князь: что уж тут скажешь — молодцы парни! Вожников от них такого даже не ожидал.
Перевалив через плоский, как стол, кряж, разложили костерок в небольшом ущелье — обсохнуть да запечь на углях пойманную в реке рыбку. Что заметят — не боялись, пастухов вокруг хватало, и те тоже жгли костры, да и мавры отправились в погоню далеко к югу — скатертью дорожка!
Быстро насобирав хворост, беглецы отправились за ветками для шалаша, и вроде само собой получилось, что Аманда оказалась в паре с Лупано — они и ушли дальше всех, к ущелью с журчащим на самом дне ручейком, уселись на плоский камень…
— Темнеет уже, — прошептала Аманда. — Дороги не найдем.
— Сейчас пойдем, — покусав губу, юноша взял девчонку за руку… на большее не осмелился… пока. — Идем, да?
— Идем. Ты помнишь, где ветки?
— Ага…
— Только быстро не иди, ладно? Ой…
— Что такое?! — подросток озабоченно повернулся к неожиданно вскрикнувшей девушке. — Ты ушиблась, да?
— Нога… подвернула немного.
— Ой, идти можешь?
— Не знаю…
— Так обопрись на меня, ага…
Аманда с удовольствием это и сделала, а Лупано, придерживая, обнял ее за талию и покраснел. Впрочем, смеркалось уже и красного лица его никому не было видно — даже хитрой юной ведьме, чего уж говорить об остальных.
— О, и эти явились! — увидав вынырнувшую из кустов парочку, ухмыльнулся Альваро. — Гляди-ка, обнявшись! А где ветки-то?
— Сейчас принесу. У Аманды с ногой что-то.
Сидевший у костра Егор обернулся:
— Я посмотрю.
— Нет-нет, — присаживаясь рядом, возразила девчонка. — Мне лучше уже, к утру, думаю, все пройдет.
— А если не пройдет?
— Пройдет. Я же знахарка, забыли?
Поужинав, беглецы улеглись спать прямо под открытым небом, на ветках, предоставив Аманде устроенный специально для нее шалаш. Мерцая синеватыми углями, тихо таял костер, в темном ночном небе горели звезды, и узенький серп растущей луны покачивался над вершинами близких гор, светясь в легком тумане, словно ближний свет автомобильных фар.
