Сюжет Бабеля полностью

До выхода книги «Конармия» обе новеллы («Рабби», «Сын рабби») были опубликованы дважды и одним блоком{270}. Что вызывает некоторое недоумение: значительная часть новеллы «Сын рабби» повторяет новеллу «Рабби». Но те, кто читал обе новеллы подряд, в таком напоминании ничуть не нуждались. Эта газетно-журнальная композиция объясняется, видимо, тем, что Бабель видел в новеллах диптих, одна часть которого не существует без части второй.

Но публикациями дело не исчерпывается — существует еще и рукопись, которая дает ответ на некоторые вопросы.

Например, в одесских «Известиях» публикация датирована: «Бердичев, сентябрь 1920». Журнальная и книжная версии текста датой не снабжены. А в рукописи мы читаем: «Киверцы, сентябрь, 1920»{271}. Где правда? В рукописи! Откроем дневник:

«12.9.20. Киверцы

Утром - паника на вокзале. Артстрельба. Поляки в городе. Невообразимое жалкое бегство, обозы в пять рядов, жалкая, грязная, задыхающаяся пехота, пещерные люди, бегут по лугам, бросают винтовки, ординарец Бородин видит уже рубящих поляков. Поезд отправляется быстро, солдаты и обозы бегут, раненые с искаженными лицами скачут к нам в вагон, политработник, задыхающийся, у которого упали штаны, еврей с тонким просвечивающим лицом, может быть, хитрый еврей, вскакивают дезертиры с сломанными руками, больные из санлетучки.

Заведение, которое называется 12-й армией. На одного бойца-4 тыловика, 2 дамы, 2 сундука с вещами, да и этот единственный боец не дерется. Двенадцатая армия губит фронт и Конармию, открывает наши фланги, заставляет затыкать собой все дыры. У них сдался в плен, открыли фронт, уральский полк или башкирская бригада. Паника позорная, армия небоеспособна. Типы солдат. Русский красноармеец пехотинец - босой, не только не модернизованный, совсем “убогая Русь”, странники, распухшие, обовшивевшие, низкорослые, голодные мужики»{272}.

В новелле порядок действий изменен — вначале сказано о 12-й армии:

«И вот третьего дня, Василий, полки двенадцатой армии открыли фронту Ковеля. В городе загремела пренебрежительная канонада победителей. Войска наши дрогнули и перемешались. Поезд политотдела стал уползать по мертвой спине полей. И чудовищная Россия, неправдоподобная, как стадо платяных вшей, затопала лаптями по обе стороны вагонов».

И лишь затем появляется сын рабби. Отыскать его в дневниковой толпе можно так:

«раненые с искаженными лицами скачут к нам в вагон, политработник, задыхающийся, у которого упали штаны, еврей с тонким просвечивающим лицом, может быть, хитрый еврей, вскакивают дезертиры с сломанными руками, больные из санлетучки».

Сравни:

«И я узнал Илью, сына Житомирского рабби. Я узнал его тотчас, Василий. И так томительно было видеть принца, потерявшего штаны, переломленного на двое солдатской котомкой, что мы, преступив правила, втащили его к себе в вагон».

Но наше внимание обращают на себя и отличия одесской публикации от московских (журнальной и книжной), на первый взгляд, мелкие, а на самом деле исключительно важные. И именно по этому параметру московские версии совпадает с рукописью, представленной Бабелем в редакцию «Красной нови».

Речь, собственно, идет о написании одного слова — «рабби».

А.

«Известия Одесского губисполкома»: «- Это сын рабби, Илья - прохрипел старик».

«Красная новь»[:], «Конармия» (1926): «- Это - сын равви Илья, - прохрипел старик».

Рукопись : «- Это сын равви Илья, - прохрипел Мордхэ»{273}.

6.

«Известия Одесского губисполкома»: «И сын рабби курил одну папиросу за другой».

«Красная новь»: «И сын равви курил одну папиросу за другой».

«Конармия» (1926): «Сын рабби курил одну папиросу за другой».

Рукопись: «И сын равви курил одну папиросу за другой»{274}.

Итак, в обоих случаях (А и Б) Бабель употребил слово «равви». Редактор «Красной нови» оставил все, как было. А одесский, встав перед дилеммой «рабби» - «равви», мучиться не стал и все написания унифицировал («рабби»); редактор же «Конармии» одного «равви» проглядел, а второго выправил...

А разница между равви и рабби весьма и весьма чувствительная. Еврейского духовного авторитета в текстах на русском языке первой половины XX века называли по-разному: рабби, ребе, реб... А вот равви можно было встретить исключительно в славянских и русских переводах Библии и только в Новом Завете. В Евангелии от Иоанна (1:38 — первое упоминание сопровождается переводом: «Равви, что значит учитель»; 1:49; 3:2, 26; 4:31; 6:25; 9:2; 11:8), от Марка (1:5; 11:21; 14:45) и от Матфея (26:25,48). И во всех без исключения случаях — при обращении: один раз к Иоанну Крестителю (Ин 3:26) и 11 раз — к Иисусу Христу.

Так что «равви» в бабелевском тексте не ошибка и не описка — это проговорка, как в случае с Гулимов - Гумилов (см. главу X): в текст просочилось то, чем занята была голова писателя, и то, что он раскрывать не хотел.