Сначала ничего не происходило, потом водная гладь содрогнулась, глаза луны открылись, уста разомкнулись, и она спросила:
– Кто меня звал, кто вопросами пытал?
– Это я, Зеркалица, я, Белун, – спокойно ответил старик. – Хочу совета у тебя спросить.
– Ужели в твоих книгах не все ответы есть? – в голосе Зеркалицы послышалась насмешка.
– Увы, не все, – вздохнул дед.
– Спрашивай, так уж и быть! – милостиво разрешила она. – Коли смогу – помогу.
– Как кикиморе душу вернуть? – спросил он. – Где её найти?
– Про то колдун знает, что душу её себе забрал.
– Как колдуна заставить душу отдать?
– А что мне будет за советы? Вопросам твоим конца краю нет, какова цена? – спросила Зеркалица.
– Каждый день буду солнечных зайчиков пускать, чтобы ты успела оглядеть безмерные дали Земли и Вселенной и вернуться домой счастливой! Годится?
– Годится! – обрадовалась она. – Заставь его в зеркало посмотреть, тогда он лукавить не сможет и выпустит душу или скажет, где она хранится.
– Как найти колдуна?
– В колодец упади, – зевнула Зеркалица. – Всё, я устала! Очень много вопросов!
Отражение луны стало неподвижным и мертвенным. Старик вздохнул:
– Боле ничего не скажет! Капризная стала… Всё слышали? Всё запомнили?
– Да, – ответила Дарина. – Только я не поняла, как мы колдуна узнаем?
– Я узнаю, – сказала кикиморка. – Он меня учил людям вредить и пакостничать. Значит, это он и душу мою забрал.
– Деда, а ты ведь не сказал, как ей человеком-то настоящим стать? – вспомнила девочка.
– Сейчас-сейчас. В избу идёмте.
И дед Белун рассказал им про Рода, творца Вселенной, и его дочерей Рожаниц – Живу, Ладу, Мокошь, Долю, Недолю.
– Род, милые мои, это отец и мать всех богов, это священное начало начал, из которого всё исходит и куда всё возвращается. Вот появляется на свет человек, и вся его судьба записывается в книгу Рода, поэтому никому не миновать, чего на роду написано. А Рожаницы присутствуют при рождении человека и определяют его долю и нрав. Тебя, кикимора, в этой книге нет, потому как ты наполовину нечисть. Надо, чтобы Род тебя туда вписал, вот ты и обретёшь человеческую судьбу.
– И стану по обличью человеком? – радостно спросила кикимора.
– Ещё нет, это ведь не кожу старую сбросить, как змея делает, надо облик благостный приобрести.
– А как?
– А вот тут тебе помогут Рожаницы, особенно Лада. Она покровительствует сиротам, вдовам, матерям и детям – сердце у неё мягкое, слёзной просьбой можно его разжалобить.
– Как же нам к ним попасть, деда? – притихла Дарина.
– В обитель богов? – он покачал головой. – Никак. Смертный, исторгнутый из небытия по воле божественной Прави, может вернуться туда, но для этого надобно вести жизнь праведную и безгреховную, поднимаясь по лествице совершенства. Но вы, чада, можете поднести требы богине. Идут русалии, и божества тоже любят повеселиться да полакомиться, поэтому вы пойдёте в берёзовую рощу, повяжете яркие ленточки, отнесёте мёд, оладьи, пироги да сурицу и свою просьбу выскажете. Но сначала песню споёте!
И грудным красивым басом, от которого у Даринки побежали по коже мурашки, запел:
– Гой-ма, богородица Ладо!
Благослови, боже, благослови, мати,
требу подавати, Ладо призывати!
Помоги мне, мати!
– Пойте до тех пор, пока не услышите! – велел старик.
– Что не услышим, дедушка?
– Сами поймёте, чада!
– А когда идти в берёзовую рощу? – Дарина посмотрела в окно, за которым только-только начинало светать.
– Вот сейчас и пойдёте.
– Ой, – девочка испугалась. – Маманя запрещает в лес ходить, говорит, русалки могут утащить…
– Ну, не ходи, – пожал плечами дед. – Кикимора одна пойдёт.
Нечисть согласно кивнула.
– Только вот богини её не послушают… она для них пустое место. А человек – творение божье, просьбу из его уст, особенно дитя человеческого, услышат…
– Дарина! – кикимора к девочке обернулась, ручонки к груди прижала, из глаз вот-вот слёзы готовы брызнуть. – Не бросай меня! Прошу!
– Ладно, – нахмурилась та.
– Не бойся, егоза, помыслы у тебя праведные, ни одна русалка и близко к тебе не подойдёт, – спокойно сказал Белун.
Говорить, что следом за девчонками решил пойти, на всякий случай присмотреть, не стал.
Нагруженные подношениями, Дарина и кикимора направились в берёзовую рощу. Уже розовые нити Зари начали пронизывать светлеющее небо, обещая вскорости превратиться в покрывало богини и застлать весь небосвод.
– Не страшно уже! – Дарина храбро топала впереди.
– Ага! – кикиморка меленькими шажками поспевала сзади.
Поодаль неслышно шёл Белун, приглядывая за путешественницами. Не то чтобы он не верил в успех задуманного предприятия, но в случае чего готов был прийти маленьким просительницам на помощь.
– Вот красивая берёзка, на ней много ленточек. Давай и мы свои сюда повяжем! – скомандовала Даринка, сложив на травку всё, что они принесли.
Завязав наузы, взялись за руки и пошли кругом дерева, распевая песню, как учил дед Белун. Сначала пели тихо, потом, осмелев, всё громче и громче.
