Волшебник Скай берётся за, казалось бы, простейшее дело. Всего-то и нужно, что проверить старый особняк, доставшийся заказчику после смерти дядюшки. Но наследство мага-затворника оказывается вовсе не безобидным.
Холодным осенним днём Скай зашел в таверну "Дубовая бочка" в Нижнем городе Аэррии. По случаю вчерашнего праздника урожая, который в городе отмечали скорее по привычке, чем в силу причастности, главный зал был украшен растрепанными снопами и корзинами. Вчера в этих корзинах были спелые и не очень — спьяну кто будет разглядывать — яблоки, но сегодня даже огрызков не осталось.
Сонный хозяин поднял взъерошенную голову и мрачно поглядел на посетителя.
— А, волшебник! Ну, устраивайся, раз пришёл. Оздоровительного?
Скай помотал головой. Вчера он вместо празднования до ночи гонял по Среднегородскому парку обжившееся там Пугало, так что в опохмелке не нуждался.
— Благодарствую, но мне бы лучше обед.
Хозяин попытался тоже мотнуть головой, слегка позеленел и ответил уже словами:
— Нету! Не готовили ещё. Кто ж после такого праздника обедать приползет?
— Ну ладно, тогда я просто у тебя тут посижу, — смирился Скай и, видя страдальческое выражение хозяина, пояснил. — У меня здесь встреча назначена.
— Возьми хоть пива! — включил деловую жилку хозяин. — Я тебе к нему сухарей насыплю. Славные сухарики, с чесночком, праздничные! Вчера корзину задвинули в уголок и не отыскали, потому и не съели.
— Уговорил, тащи пиво! — Скай выложил на стойку монеты. — Но сухарей тогда побольше давай! А то я уже готов тебя самого в жареного поросенка превратить.
Хозяин икнул то ли от испуга, то ли просто так, и ушёл на кухню. Волшебника Ская в Нижнем городе скорее любили, чем боялись, но кто его знает — а вдруг и правда с голодухи чего натворит?
Конечно, превратить человека в свинью, да ещё и сразу жареную, Скаю было не по силам. Да и Кодекс таких шуток строжайше не одобрял. Но есть и правда хотелось зверски. Почтенная пожилая вдова, у которой Скай уже четыре года снимал комнату в Среднем городе, вчера тоже поддалась всеобщему веселью и напраздновалась с подругами до совершенно неподобающего возрасту и статусу состояния. Как до дома-то добралась? Служанка же вовсе была отпущена на три праздничных дня в деревню к родне. Так что ни ужина, ни завтрака волшебнику не досталось.
Хозяин вернулся с целой корзиной золотистых сухариков — ароматных, даже на вид хрустящих. У Ская сразу слюнки потекли. Захотелось тут же запустить в корзинку руку и упихать в рот целую горсть. Но волшебнику положено держаться с достоинством, поэтому пришлось ограничиться пока одним, на пробу. Вкус оказался под стать виду и запаху.
Хозяин тем временем поставил на стойку большую кружку пива.
— Здесь будешь или тебе на стол принести?
— Спасибо, сам отнесу! — Скай цапнул корзину, как дракон сундук с золотом.
Он, конечно, хотел бы разделаться с добычей прямо тут, но скоро должен подойти заказчик, и разговор с ним тавернщику слушать совершенно незачем. Пришлось пройти в дальний угол и устроиться там. Зато теперь вся корзина сухарей достанется ему одному! Радоваться этому было немного мелочно, но потративший ночью уйму энергии волшебник простил себе маленькую слабость.
Ночь выдалась и впрямь тяжелая. Особенно обидно, что Пугало — дух изначально слабый. Если бы волшебника позвали ещё весной, когда он только появился в парке, поймать его было бы делом на полсвечки. Но горожанки, которым на тёмных аллеях встречалась высокая фигура в длинном черном плаще, долгое время считали его попросту непристойным сумасшедшим, из тех, что показывают женщинам исподтишка своё невеликое достоинство. И рассказывать о встрече считали неприличным. А когда дело таки дошло сперва до городской стражи, а потом уже до волшебника, Пугало уже досыта отъелось на человеческих страхах и набрало просто чудовищную силу. Да к тому же, отлично освоилось в парке, превращая на ночь три жиденьких аллейки в запутанную лесную чащобу. Скай совершенно выбился из сил, гоняясь за обнаглевшим духом в лабиринте иллюзорных и настоящих кустов.
Заказчик подошёл как раз тогда, когда Скай нашарил на дне корзинки последний сухарик. Подняв глаза на пришедшего, волшебник с трудом сдержал удивленный возглас. С чего бы аристократу из Верхнего города назначать встречу в Нижнем? Ну, видно, дело не терпит огласки.
Деликатных дел Скай не любил: потом ни похвастать перед приятелями, ни в летопись толком записать. Сидишь и думаешь над каждой формулировкой, чтобы не получилось "В таком-то году в городе, который меня попросили не называть, имел я неудовольствие (зачеркнуто) честь по поручению персоны инкогнито изгонять из опочивальни его (зачеркнуто) особы женского полу духа, имеющего явное эротическое влечение к означенной особе."
И это ещё неплохо, если дельце постыдное, а не политическое. После стыдных дел тебя хотя бы отравить не пытаются. А ведь и такое бывает.
Сам Скай за пять лет самостоятельной работы с настолько неблагодарными заказчиками не сталкивался. Но от старшекурсников в Академии наслушался разного и, в отличие от прочих страшилок, в эту поверил сразу.
