В качестве аргументов прозвучали и напоминания о роли её драгоценного папа в оснащении «Маргаритки» и о том, что долг старикам надо отдавать - если и не деньгами (дедушка Резник не бедствует), то иным, зачастую более важным и ценным вниманием и сочувствием.
К тому же, по словам Лены, присутствие подруг позволит ей сократить визит до неких разумных пределов - явись она в одиночку, и старик плавно переведёт полуденную встречу в вечер воспоминаний. А уж тогда лично для неё, Лены, на встрече с Тамиром можно будет поставить жирный крест.
Как она и ожидала, последний аргумент оказался самым действенным, и Катя со Снежаной скрепя сердце согласились сопровождать подругу на этот визит вежливости. Правда, согласие отнюдь не означало, что бурчание и недовольство прекратятся.
- Ну ладно… пятнадцать минут.
- Час, - категорично заявила Лена. Один час. Девчонки, ну поймите бога ради… Я его с рождения знаю. Да, он зануда. Но мы не виделись уже пять или шесть лет, старик чахнет от одиночества, для него мой приход - единственная радость в жизни.
- Луч света в тёмном царстве, фыркнула Снежка.
- И потом… ну разве Тамир не говорил, что утрата человеком стремления сопереживать есть один из аспектов утраты Божественной Искры?
Это был сильный удар, и он достиг цели. Тамир и в самом деле говорил нечто подобное - он вообще изрядную часть своей проповеди отводил вопросам взаимоотношений между людьми. Правда, при этом получалось, что важнее всего не родственные или дружеские связи, а стремление к гармонии в общении человека с Богом…
- Ты права. Лицо Кати тут же посветлело, словно ей мгновение назад открылся очередной кусочек Истины. Хорошо, Лен, пусть будет час. Но не больше, иначе к Тамиру опоздаем. Я не прощу себе, если не попрощаюсь с ним. Когда ещё доведётся встретиться.
Больше возражений не звучало, хотя недовольные взгляды подруг Лена чувствовала спиной ещё долго. Практически - до самого дома Моше Резника. Старику следовало отдать должное - играл он замечательно. Может, излишне картинно, но, если подумать, а не так ли ведут себя старые родственники, если к ним вдруг нагрянут желанные гости. Моше, в ермолке и мягком домашнем халате, увидев Леночку, схватился за сердце, а затем бросился обнимать девушку.
- Радость-то какая… Бормотал он, то прижимая Лену к груди, то делая шаг назад, чтобы лучше рассмотреть «дочь лучшего друга». - Какая же ты красивая, Эль! Вот порадовала-то старика, вот порадовала! Отец твой, как на свадьбу приглашал, отписал, что ты вроде как на службу поступила… ну, я и не поехал. Чего я там, на свадьбах, не видел? А ты вот тут, у меня в доме!
Леночка мысленно поставила Моше пять баллов за сообразительность. О том, что отец повторно женился, разговора не было, видать, старик изрядно потрудился, собирая информацию.
- Это ж сколько я тебя не видел, Эль! - продолжал восторгаться Резник. - Пять лет? Да нет, уж и побольше будет… Всё собирался прилететь на эту вашу Сибириаду, но ведь, сама понимаешь, старые кости тепло любят. Да и не в моём возрасте насиженное место покидать, всё верил, что и так дождусь. И надо же…
Наконец, восторги поутихли, и Моше соизволил обратить внимание на спутниц Леночки. - О-о… какая честь! - он церемонно поцеловал руку сперва Кате, затем Снежане. - Я не ошибусь, если предположу, Эль, что твои очаровательные спутницы есть те самые госпожа Шелест и госпожа Соболева? Мы с Сашкой общаемся пусть и нечасто, но он рассказывал.
Катя удивлённо приподняла бровь. Слово «Сашка» как-то плохо увязывалось с образом господина Градова-старшего… но если эти двое и в самом деле знают друг друга уже много лет, то мало ли какие меж ними установились отношения.
- Имею честь представиться, старик поклонился. - Моше Резник, доктор исторических наук, да-с… Увы, моя докторская степень теперь такая же история, как и сама история, простите за каламбур. Но прошу в дом, прошу… Эль, умоляю, ты же не убежишь прямо сейчас? Моё сердце этого не перенесёт.
- Вообще-то мы… Катя сделала осторожную попытку определить временные рамки этого визита, но Моше тут же перебил её:
- Ну я понимаю, понимаю, столь прекрасным дамам в этот солнечный день найдётся чем заняться. И это будет куда интереснее беседы с выжившим из ума стариком, как не понять. Но чашечку чаю, а? Вы не представляете, какой у меня чай. Истинный «цейлон»… мало где такой сыщется, плантации Шри-Ланки, если вы не в курсе, почти полностью погибли в четырнадцатом, когда на остров рухнула сбитая «Чёрная вдова» амстад. А один мой приятель сейчас там как раз и занимается восстановлением экологии. Уже полвека прошло, а толком и половины не сделано. Но чаёк мне присылает исправно.
Когда чай был разлит по чашкам, старик откинулся в кресле и прикрыл глаза.
- Традиции чайной церемонии во многом утрачены, сообщил он. - Если вы хотите в полной мере оценить всю прелесть этого обряда, то вам непременно нужно слетать на Ями-но-Юри. Но я ведь не японец, поэтому придумал собственный ритуал.
