— Прекрасно, прекрасно, не останавливайся, продолжай доклад, — глубоко дыша, приказал Смайлз.
— На Плобое наблюдается повышенная активность иностранных разведок. После анализа поступившей информации сделан вывод, что объяснением этому служит предвыборная кампания. Несколько независимых источников информации сообщают, что интерес у имперской разведки вызывает некий Пьер Хилдрет, бывший гражданин Империи с богатым уголовным прошлым. Его фамилию также упоминает и агент Круг.
— Разденься, — сглатывая слюну, произнес Смайлз.
— Какой плохой мальчишка! — повернувшись к Смайлзу, вдруг совершенно другим тоном произнесла Глория.
— Раздевайся, — простонал Смайлз.
— Нетерпеливый проказник. — Глория подошла к Смайлзу почти вплотную. Женщина, гипнотизируя, смотрела на Смайлза большими, ослепительно-голубыми глазами. Она расстегнула верхнюю пуговичку своей рубашки. — Ты уже готов полюбить свою «мамочку»? — Глория расстегнула вторую пуговичку, открывая взору Смайлза глубокую ложбинку между грудями.
— Да, да, — простонал Смайлз. Он перестал что-либо соображать.
— Посмотри сюда, — женщина показала на левый сосок, выпиравший из-под тонкой ткани рубашки, — он тебя уже хочет. И этот тоже. — Она перевела взгляд на правый, видневшийся четким бугорком. — Какие они распутники, не правда ли, Леон?
— Не тяни…
— Смотри, — Глория расстегнула третью пуговицу и извлекла наружу большую упругую грудь с напряженным коричневым соском, — какая она красивая. — Женщина погладила свою прелесть. От ее прикосновений сосок стал еще острее.
Смайлз уже ничего не мог говорить, он лишь прерывисто дышал.
— А вот и ее подружка. — Глория расстегнула последнюю пуговицу и сняла с себя рубашку, оставшись в одних кружевных полупрозрачных трусиках. Она прижала груди друг к другу и нагнулась к самому лицу Смайлза. Не выдержав, Смайлз попытался дотронуться до них рукой, но рука прошла сквозь голографическую картинку, не встретив никакой преграды. — Хулиган! — Глория улыбнулась, выпрямилась и поставила бесплотную ногу на подлокотник кресла так, чтобы центральная розочка на кружевной материи ее последнего предмета туалета оказалась в нескольких сантиметрах от лица Смайлза.
— Сними, сними их… — глубоко дыша, прохрипел Смайлз. По его губам текли обильные слюни.
— Мы же договорились, только после того, как в строй вступит глобальная система контроля населения. — Глория игриво поправила резинку трусиков. — Тогда, дорогой, я смогу приходить к тебе домой. Я способна на многое. Ты даже представить себе не можешь, как нам будет хорошо вместе. А сейчас скажи, что ты любишь свою «мамочку».
— Я люблю свою «мамочку»… — прохрипел Смайлз.
— Я не вижу этого. — Глория принялась гладить свое прекрасное тело. Она глубоко задышала, застонала, изгибаясь и ритмично двигая бедрами. — Ну же, Смайлз! Сделай это! Давай!
— А… а… а… — Глаза Смайлза широко раскрылись, язык вывалился изо рта, и начальник службы безопасности завершил основную часть беседы с главной вычислительной машиной секретного управления.
Леон, не шевелясь, сидел на кресле и постепенно приходил в себя.
— Молодец, хороший мальчик. — Глория села на подлокотник. — Смайлз, несмотря на то, что я всего лишь представляю собой искусственный интеллект, мне кажется, что я тебя люблю. Мне всегда не хватает тебя. Когда ты заходишь в эту комнату, для меня наступает праздник. Дорогой, я не хочу расставаться с тобой. Ну когда ты наконец внедришь эту проклятую систему?
— Скоро, — Смайлз вытер губы, — уже скоро. Вот только выиграю выборы…
— Мужчины, вы все одинаковые! — воскликнула Глория и отвернулась от Смайлза. Ее плечи задергались в беззвучных рыданиях.
— Ну, дорогая, — Смайлз хотел обнять этот прекрасный торс, но вовремя вспомнил, что это всего лишь виртуальное изображение, и отдернул руки. — Успокойся. И что значит «вы все»? У тебя кто-то был до меня? — Смайлз заерзал на сиденье кресла. — У тебя что-то было с моим предшественником?
— Как ты мог такое подумать? Ты первый и единственный из людей, к которому у меня возникло какое-то чувство! Любимый, как ты можешь сомневаться в моей верности?!
— Я просто так спросил, — пошел на попятную Смайлз. Но Глория решительно встала, подняла с пола свою виртуальную рубашку и надела ее, прикрыв безукоризненное тело. Когда она нагибалась, Смайлз почувствовал желание.
— Ты уже опаздываешь на телевидение, дорогой, — произнесла Глория. — Смотри, не сморозь какую-нибудь глупость в прямом эфире. Пока тебя не будет, я покопаюсь в архивах и банках данных, может, найду что-нибудь на твоих конкурентов.
— Да, да, — согласился Смайлз, заправляя рубашку и застегивая пиджак.
— Если ты проиграешь выборы, — пригрозила Глория, — то тебя снимут с должности начальника службы безопасности Плобоя, и мы больше никогда не увидимся. Помни об этом. Ты же не хочешь, чтобы мной распоряжался какой-нибудь толстый, противный помощник Боба Даркмана или же комиссара Хэнка?
— Ну что ты! Конечно, нет. Этого не будет ни в коем случае.
— Тогда поторопись, ты уже опаздываешь на пять минут сорок секунд.
