И несмотря на тяжкие хворобы,
Мы все в неё немножко влюблены.
…Куски картин со скоростью экранной
В моём сознанье:
вот уже она
В атаке перевязывает раны,
Со всех сторон огнём обложена.
Спешит в пургу к окраинной избёнке.
Срезая путь чуть не ушла под лёд.
Склонилась над страдающим ребёнком
И кровь ему по капле отдаёт.
Сквозь беды, стоны и ночные смены
Несёт сестра земную красоту,
Она давно как часовой бессменный,
У изголовья жизни на посту.
ЧЕЛОВЕК УСТАЛ
Бывает, просто человек устал.
И вот, глядишь, заездили недуги.
Он, может, просто сил не рассчитал.
Ведь всякое бывало: штормы, вьюги…
И хмарь была. И слякоть. И мороз.
Хула была. Порой – несправедливость.
И солнце было в белизне берёз!
Всё это долго иль недолго длилось?..
И вот, как видно, человек устал,
Поскольку сил своих не рассчитал.
Его бы в это время поддержать
Без ханжеской опёки не мешало б,
Ему бы руку запросто пожать,
Ему б лесным озоном подышать,
Глядишь бы – и не болей, и не жалоб.
Коль было что – просчёты извинить.
Сказать ему целительное слово.
Держись, мол, друг. А мы – твоя основа.
Меж дел по телефону позвонить.
Чего уж проще – передать привет!
Открытку опустить в почтовый ящик.
Десяток слов душевных, настоящих
Такому человеку – как рассвет!
Однако часто в суете сует
Таких, усталых, люди забывают
Под тем предлогом: всё не поспевают.
А некие «козла» лишь забивают -
Им друга навестить минуты нет.
И вот он, тяжко положив на стол
Немые руки, думает: один он.
Один как перст. Сидит с валокордином.
Считает пульс. Глотает валидол.
Леонид Попов, фото после войны.
ЭКСПРОМТ
Л.И.Толстой
Не от Льва кружится голова…
Я знакомлюсь: милая, простая,
Женственная женщина – вдова
Алексея – классика- Толстая.
Значит, не подвластен человек
(Не всегда, хочу сказать, подвластен!)
Времени
В наш скоротечный век,
Если человек к судьбе других причастен.
Если он причастен ко всему,
Что вокруг свершается на свете.
Легче стало сердцу моему
И уму (душе) – не лихолетье.
Будто сбросил я десятки лет.
Не страшусь я временной химеры.
Будто
В самом деле я – поэт
Полон жажды
и любви, и веры
В лучшее,
Что впереди у нас.
Мысль летит высока и крылата.
Будто я забрался на Парнас.
И самим Толстым -
Запанибрата.
В будущее с радостью гляжу
И на зависть забуревшим внукам,
Я дружу,
По-прежнему дружу
С автором «Хождения по мука».
У ДЕВЧЁНОК МИЛЫХ
НА РУКАХ
Всё припомним: рубежи и даты…
Как в далёких ротах и полках
Умирали храбрые солдаты
У девчонок милых на руках.
Как они, родные, выносили
Из огня, где плавилась броня,
Девушки, красавицы России,
Срезанного пулями, – меня.
Как кипела у мостов взрывчатка,
Бил снаряд по серым валунам,
Как в укрытьях милые девчата
Раны перевязывали нам.
Как они по нивушкам печальным
Раненных, измученных ребят
Вывозили под огнём кинжальным,
Под бомбёжкой в ближний медсанбат…
Кровушкой своею оросили
Родины бескрайние поля…
Девушки, красавицы России,
Благодарна вам моя земля!
ФРОНТОВЫЕ
СЕСТРИЧКИ
Дни пролетают, проходят года,
Но в боевой перекличке
Мне не забыть никогда, никогда
Вас, фронтовые сестрички.
Ранен я был у высотки одной -
Миной меня подкосили…
Вижу мерцают глаза надо мной
Будто бы небо России!
Это – сестрица! Я в небо гляжу,
Слышу сквозь дальние грозы:
«Раны твои повяжу,
Доброе слово скажу,
Песню спою про берёзы»…
Разве забудешь походы, бои
Девушек милой России,
Как бинтовали вы раны мои,
Как из огня выносили.
Вот я в укрытье, воскресший, лежу.
Вижу родные веснушки -
«Раны твои повяжу,
Доброе слово скажу,
Песню спою о подружке»…
Канула в Лету стальная гроза,
Но не забыть вас, подруги,
Вашу улыбку и ваши глаза,
Ваши целебные руки.
Я и теперь как молитву твержу:
–Мы бы вас спеть попросили -
«Раны твои повяжу,
Доброе слово скажу,
Песню спою о России».
СНОВИДЕНЬЯ
Светоблики. Тени. Светотени.
Светопредставленье наяву.
Сновидений трудное сплетенье…
В тишине ночной я в них живу.
Будто бы на облачном экране
Брызжут разноцветные лучи.
Между сном и явью
Ясной грани
Не могу порою отличить.
ФЕЯ
Мальцом деревенским
За сбором шалфея
Однажды я думал…
О чём бишь?
О фее.
Не зная ни в жисть
Никаких мифологий,
Я слышал, что в байках
Такая жила.
А тут я заметил:
На берег пологий
Соседская Нюшка
Купаться пришла.
Я замер!
Как суслик!
От страха и дива
В кустах притаившись,
Совсем не дыша.
Не знал я,
Не ведал,
Как Нюшка красива.
Аж стыдно -
Насколько она хороша!
Смотрел я -
Пока из засады не вылез, -
Как плечи её
Колыхались в воде!
Как тонкие руки
Под солнцем струились! -
Как мир растворялся
В её красоте!
Ушёл я домой,
Не собравши шалфея,
Навек, почитай,
Потрясён оттого,
Что эта курносая
Добрая фея
Чудное свершила
Со мной волшебство.
А. П. Чехов.
ДОКТОР ЧЕХОВ
К исходу дня
С полсотни вёрст проехав,
Он наконец подумал про ночлег.
По сёлам слухи:
–Едет доктор Чехов!
А доктор Чехов – добрый человек.
Он прикорнул на душном сеновале.
В нахлынувшей дремоте,
В полусне
Прислушивался:
женщины сновали.
Тревожился:
не потерять пенсне.
Возница осторожными шажками
Ходил вокруг,
срезая краснотал.
А он уж бредил
«Степью», «Мужиками»,
И думал про холеру,
И не спал.
Он вспомнил лица встречных пилигримов
И тёплый дождик, бьющийся о жесть…
Уже ушли из жизни доктор Дымов
И Рагин
Из палаты номер шесть.
А он, устав, старался,
Не уснуть бы,
Сдержать минут
неукротимый бег,
