Волею случая Аманде Бейли, менеджеру гостиницы в небольшом городке, приходится на короткое время взять под свою опеку четырехлетнего малыша, сына популярного киноактера. Оберегая ребенка РѕС' назойливого любопытства публики и прессы, Аманда в душе благодарит Небо за то, что никто вокруг не знает ее тайны, перед которой, стань она известной, померкли Р±С‹ самые смелые фантазии РіРѕСЂРѕРґСЃРєРёС… сплетников.В В В В В Р
Официантка, должно быть, заметила ее появление в холле, потому что чашка с дымящимся кофе уже ожидала Аманду Бейли на ее любимом столике в малом зале ресторана.
– Спасибо, Кэти, – громко поблагодарила она седовласую женщину в ярко-розовой униформе, обслуживавшую посетителей за длинной стойкой бара.
– Похоже, кофе вам просто необходим, – весело отозвалась та.
Аманда кивнула.
– Сегодня здесь не гостиница, а настоящий сумасшедший дом.
– Вот новость-то! – На этот раз в тоне Кэти послышались недовольные нотки. – Уже две недели никакого покоя. Да знай я, сколько хлопот с этими киношниками, заранее взяла бы отпуск на месяц – и укатила бы в Миннесоту. Там куда спокойнее.
Но Аманда не попалась на удочку. Уж она-то знала, что Кэти ни за какие сокровища в мире не пропустила бы такой случай. Не каждый день в таком маленьком городке, как Спрингхилл, снимают фильм, пусть даже телевизионный, и теперь весь город лихорадило.
Правда, большинство местных жителей не участвовали в съемках, так что им оставалось предвкушать удовольствие от будущей встречи с фильмом на экране. Но в одном Кэти была права. За последние две недели, пока длилась подготовка – прибывал обслуживающий персонал, подвозили оборудование, – Аманда могла бы привыкнуть к нескончаемому столпотворению в гостинице.
Приятно, конечно, что так много работы. Все номера в гостинице были заказаны на месяц вперед – вернее, до тех пор, пока не перестанут стрекотать камеры, пока не разберут последние декорации и последний актер не покинет город.
А мы, думала Аманда, если удастся пережить это стихийное бедствие, отпразднуем на славу.
Помешивая сахар, она разглядывала просторный холл через стеклянную стену кофейного бара. Никогда еще ей не приходилось видеть здесь столько народу. Целая толпа с нетерпением ждала, когда вернется лифт, а неподалеку, где собралась еще одна небольшая кучка гостей, разгорелся спор. Это было ясно по жестам, хотя, о чем речь, Аманда не слышала. Помещение, отделанное панелями орехового дерева, обычно такое уютное, тихое, изысканное, сегодня превратилось в настоящий калейдоскоп, где ежесекундно менялись цвета, формы и лица. «Голливудские типажи» – так всех этих людей, с их экстравагантными нарядами и моднейшими прическами, назвал гостиничный швейцар. Аманда же в ответ заметила, что в его устах эта избитая фраза звучит слегка пренебрежительно, и попросила воздержаться впредь от подобных ярлыков.
Стройная молодая женщина с золотисто-каштановыми волосами прошла в гостиницу через парадный вход и, остановившись у стойки регистратора, обвела взглядом холл. Она заметила Аманду, помахала ей, но еще пару минут продолжала разглядывать просторный вестибюль. В конце концов она все же направилась в кофейный бар и с небрежным изяществом опустилась в кресло напротив Аманды.
– У меня тут назначена встреча с менеджером по натурным съемкам, – сказала она. – Им все еще не хватает одного дома, так что мы с ним осмотрим кое-какие дома из моего списка.
– Он до сих пор выбирает съемочные площадки? Стеф, завтра же начинают снимать фильм!
Стефани Кендалл закатила глаза.
– Знаю-знаю. В этом-то и заключается одна из прелестей работы с недвижимостью. Мы будем искать до тех пор, пока не найдем то, что нужно клиенту, или же пока не рухнем от усталости. К счастью, именно эта площадка понадобится не раньше чем через пару недель.
– До меня дошли слухи, что твой дом тоже используют в качестве съемочной площадки.
– Точно. И ты не поверишь, что они с ним сотворили. Спасибо, Кэти. – Она припала к бокалу с ледяным чаем, который принесла официантка.
Аманда нахмурилась.
– Ты же не позволила им изуродовать свой восхитительный дом, нет?
– Нет, что ты! Они согласились ничего не трогать снаружи, ну, а обои... – она пожала плечами, – мне их все равно пришлось бы менять. После того, как Зак добрался до черного фломастера...
Аманда понимающе поморщилась. Сын Стефани Зак был прелестным трехлетним созданием, но все окружающие, включая и тех, кто в нем души не чаял, признавали, что энергии его хватило бы на троих маленьких разбойников.
– Самое лучшее в этой сделке то, что мой сад никогда не выглядел красивее. Страшно подумать, во что обошлась кинокомпании такая работа. Какая жалость, что у меня нет настоящего садовника!
– А что ты будешь делать, пока идут съемки?
– Перееду, разумеется, в домик на озере. Все фломастеры, которые смогла отыскать, я заперла на ключ от Зака, но лучше не рисковать. Сцены в доме займут всего неделю, так что я буду приезжать с озера каждый день.
– Если тебе нужен кто-то, чтобы присмотреть за малышами, Стеф...
– Во всей этой круговерти ты еще собираешься взять на себя Зака и Кэти? Да ты в своем уме? Ты же будешь по горло занята гостиницей! Чейз еще не приехал?
Аманда взглянула на часы.
– Ждем с минуты на минуту. Час назад в аэропорт отправился лимузин, так что, если самолет не опоздает...
Стефани покачала головой.
– Ты так спокойна, а ведь все женщины в городе умирают от нетерпения и восторга.
