– Мне говорили, что в Америке вы были судостроителем, милорд, – сказала она.
– Да, верно, в Балтиморе.
– Это вы строили эти великолепные быстроходные суда, которые по маневренности далеко превосходят наши тяжеловесные шхуны? – продолжала Гарнет.
– Вы слышали о балтиморских клиперах? – удивился Джейсон. Несмотря на полное отсутствие вкуса в одежде, жена Роджера, похоже, хорошо разбиралась в том, о чем говорила.
– Гарнет принадлежит судоходная компания в Грейвсенде, которой она управляет сама, причем очень успешно. Она может всю ночь напролет говорить о высоких мачтах, шкотах и марселях, – вставил Роджер и снисходительно усмехнулся.
– На самом деле это прекрасно. Нет ничего более приятного, чем обсуждать свое занятие с понимающим человеком, который знает, что все зависит от смекалки и желания заниматься делом, – ответил Джейсон, повторив слова Рейчел, и бросил быстрый взгляд в ее сторону. Он с удовольствием отметил, что стрела попала в цель.
Оркестр заиграл кадриль, и Джейсон, не дожидаясь ответа на свою реплику, пригласил на танец миссис Далберт, оставив Рейчел наедине со своим кузеном Роджером. «Роджер – хороший малый, но немного скучноват», – подумал Джейсон, в то время как они с Гарнет живо обсуждали особенности конструкции судов и последствия войны, которые так отрицательно сказались на торговле между Англией и Американским континентом, а также ее бывшими колониями.
Все время, пока граф и маленькая полная хозяйка дома танцевали и беседовали, Джейсон чувствовал, что Рейчел неотрывно смотрит на него. По непонятной для него самого причине он никак не мог избавиться от навязчивого видения – его воображение рисовало, как он срывает легкий шелк с роскошного тела Рейчел. Джейсон с большим трудом отвлекся от соблазнительного образа и решил, что логическим завершением этого злополучного вечера должно стать посещение самого непристойного публичного дома в городе. Он надеялся, что опытные жрицы любви помогут ему отвлечься и не думать о том, как ему хотелось бы соблазнить такую дерзкую женщину, как Рейчел Фэрчайлд.
Несмотря на принятое решение, граф, вернув Гарнет любящему мужу, не мог удержаться и краешком глаза следил за своей суженой, танцующей с молодым бароном. Роджер что-то монотонно рассказывал о том, как он прошлой зимой подстрелил оленя и каким великолепным украшением стал этот трофей для его кабинета. Джейсон делал вид, что слушает его, раскланивался со знакомыми, однако все его мысли были сосредоточены на Рейчел.
Когда кадриль закончилась, она подошла к нему. Ее щеки пылали, а светло-карие с зеленой искоркой глаза сияли от удовольствия. «Интересно, тому причиной только танец?.. Или она предвкушает событие, которое произойдет ровно в двенадцать часов пополуночи?» – про себя Джейсон. Он был готов побиться об заклад, что верным было второе предположение.
– Давайте-ка, графиня, дадим новую пищу слухам, – сказал Джейсон, и не успела Рейчел опомниться, как он закружил ее в вальсе.
– Скажите, все американцы так плохо воспитаны или только вы? – Голос Рейчел был полон презрения, однако она не могла противиться удовольствию, которое овладевало ею каждый раз, когда их тела соприкасались во время танца.
– Дорогая графиня, я ведь больше не американец, – парировал Джейсон.
– Тем не менее ваши манеры оставляют желать лучшего, – выпалила Рейчел.
Джейсон запрокинул голову и рассмеялся:
– Запомните, теперь я неотесанный английский олух.
– Думаю, наша знать вряд ли забудет, что вы не англичанин. Когда стало известно, что маркиз Каргрейв подал прошение о том, чтобы назвать своим наследником внука из Америки, половина Лондона подумала, что он тронулся умом. Самое удивительное, что ему разрешили.
– Я и сам до сих пор удивляюсь, как моему деду удалось осуществить этот план, но, судя по всему, ему все удается.
– Маркиз – очень влиятельный человек и привык получать то, что хочет.
– Вы хотите сказать, что он пойдет на все ради достижения своих целей, используя любые средства, как честные, так и самые бесчестные? – уточнил Джейсон.
– Это вы сказали. А мне он симпатичен, несмотря на то что шантажирует вас.
Когда вальс закончился, граф окинул Рейчел оценивающим взглядом:
– Неужели вы такой тонкий знаток человеческой натуры, графиня?
– Да, думаю, я разбираюсь в людях, – ответила Рейчел, взглянув ему прямо в глаза.
– Ну хорошо. Забудем на время о моих плохих манерах. Что вы думаете обо мне? – спросил граф, подводя Рейчел к столику с закусками.
– Временами вы безрассудны, но всегда упрямы. Вы храните верность и преданность друзьям, иначе бы никогда не согласились на те условия, которые предложил маркиз, чтобы вызволить вашу команду из заключения.
– Ценю вашу искренность, – проговорил Джейсон с легкой усмешкой и предложил Рейчел бокал шампанского.
