Маркиз задумался, глядя на умоляющее лицо ребенка. Он знал, как сильно мальчик скучает по своему названому брату. От усадьбы Каргрейв-Холл до поместья Далбертов было всего несколько часов езды. Маркиз позаботился о том, чтобы люди, приставленные охранять Джейсона, не спускали с него глаз. За Фоксом неотступно следовали его наставники, так что вряд ли у Джейсона будет возможность выкрасть мальчика.
– Хорошо, ты можешь поехать со мной и даже принять участие в традиционной английской охоте. Брэдли говорит, ты делаешь большие успехи в искусстве верховой езды.
– Да, дедушка, спасибо. Мы с Литл-Чифом взяли самое высокое заграждение в усадьбе. Я уверен, охота мне понравится.
Но старому маркизу было невдомек, что блеск восторга в глазах мальчика не имеет ничего общего с предвкушением охоты на лисицу. Наконец-то у Фокса появилась возможность поговорить с Джейсоном о своих чувствах и сомнениях, прежде чем они начнут осуществлять план побега в Америку.
Фредерик Форрестел был очень расстроен – все его планы рушились. Он сидел в своих апартаментах недалеко от Гросвенор-сквер совершенно один и пил все утро. В последнее время судьба не благоволила к нему, и это было в высшей степени несправедливо. Он обвел взглядом роскошно обставленную комнату и сделал глоток прекрасного выдержанного портвейна. Форрестел не мог отказаться от того образа жизни, который был предназначен ему по рождению. Он еще мог избежать полной катастрофы, если действовать быстро.
В ближайшее время его отец, герцог Эдерингтон, лишит наследства своего единственного сына в пользу вечно хныкающего, никчемного племянника. Фредерик, конечно, сохранит свое высокое положение в обществе, унаследовав титул герцога и огромные земельные владения, но он будет лишен права распоряжаться собственностью. А все огромное состояние Эдерингтонов, причем без всяких ограничений, отойдет к племяннику старого герцога. Статус малоземельного аристократа не улучшит положения Фредерика, в то время как его кузен Маршалл будет баснословно богат.
Марш был на два года младше, и с самого детства Фредерик издевался над ним и унижал его – это было так просто и весело. В Итоне Фредерик превратил жизнь брата в настоящий ад и с удовольствием наблюдал, как этот святоша, скуля как щенок, просил пощады, когда друзья Фредерика держали его за ноги за окном четвертого этажа. Все хохотали до слез.
Но теперь, кажется, пришла очередь Марша посмеяться над ним!
Это было невыносимо. Придет время, и Фредерик поставит этого прыщавого недоумка на место, а пока у него были более срочные дела. Высший свет уже знал о решении отца лишить его наследства. Но самым ужасным было то, что эти слухи дошли до богатых торговцев и лавочников, которые все как один стали нагло требовать от Фредерика возврата долгов. Только сапожнику он задолжал тысячи фунтов, не говоря уже об остальных заоблачных суммах. Положение было катастрофическим, и только чудо могло спасти Фредерика от бесчестья и позора. Или женитьба на богатой невесте.
Отвратительная усмешка исказила лицо Форрестела; прищурив желтые, как у рыси, глаза, он посмотрел на небольшую шкатулку, покрытую эмалью, которая стояла на столике рядом с изящным хрустальным бокалом, наполненным портвейном. Фредерик открыл ее и посмотрел на вышитый шелком мешочек с опием. Ему нужна лишь небольшая доза, чтобы успокоить нервы и прояснить голову. Медленно развязывая шнурок, Форрестел представлял, как похитит Рейчел Фэрчайлд. После того как он лишит ее девственности, ей придется выйти за него замуж. А уж он позаботится об этом по дороге в Гретна-Грин.
Несомненно, это вызовет большой скандал, зато проклятый янки будет в бешенстве. Губы Фредерика скривились в гадкой улыбке. Унизить этого ублюдка Боумонта будет гораздо приятнее, чем просто убить. А что до этой чванливой дикой кошки Фэрчайлд, то она будет ползать перед ним на коленях, моля о пощаде, еще до того, как он осуществит свой замысел. Это будет самая сладкая месть графу, лучше и придумать нельзя. А этот жалкий пучеглазый виконт будет счастлив называть его своим зятем.
Наметив себе план действий, Форрестел положил расшитый шелком мешочек обратно в шкатулку. Он расслабится позже. А сейчас время действовать. Форрестел потянулся одной рукой к звонку, а другой взял бокал с портвейном.
– За богатую жену и взбешенного графа! – произнес он вслух.
– Не хмурься ты так. У тебя будут морщины на лице. – Хэрри ругала Рейчел, которая с мрачным видом смотрела на Джейсона, стоявшего в холле среди гостей, прибывших на праздник.
