Как бы Рейчел ни объясняла себе свой поступок, облегчения это не приносило. В любом случае она собирается обманом заманить графа в постель. Тогда чем же она лучше хитроумного маркиза с его интригами? Но еще хуже, если она сделает это во имя любви. Зачем она нужна Джейсону, если он стремится как можно быстрее покинуть ее? А если отказаться от своего плана, не будет ли она сожалеть всю оставшуюся жизнь, что упустила единственную возможность провести ночь с любимым человеком?
Есть ли ее вина в том, что Джейсон не может ответить ей взаимностью? И тут Рейчел все поняла. В голове прояснилось – она получила ответы на свои вопросы.
В этот момент Рейчел услышала, как в спальне графа открыли и быстро захлопнули дверь.
Джейсон заметил, что из-под двери соседней спальни пробивается едва заметная полоска света. Рейчел еще не спит… или спит. Может быть, ей нравится спать с зажженной свечой. Самое главное, она была там, совсем рядом. Нужно только открыть дверь и войти в комнату. Она теперь его жена. Он имеет полное право заниматься с ней любовью. Нет, он не мог себе этого позволить.
– Я дал себе слово, – уже в который раз напомнил себе Джейсон. Бормоча ругательства, он направился к чайному столику и налил себе бренди.
Он выпил первый бокал залпом, как лекарство, и опять наполнил его.
В дверь тихо постучали.
– Вы готовы раздеться, милорд? – послышался голос его слуги Джентри.
Джейсон резко открыл дверь, и пожилой слуга буквально ввалился в комнату, едва удержавшись на ногах.
– Сегодня вы мне не понадобитесь, Джентри. Спасибо, можете идти, – сказал граф, отпив бренди из бокала.
– Но, милорд, этот великолепный кашемировый костюм необходимо почистить и выгладить. Вы же не хотите испортить свой свадебный наряд. Я помогу вам, милорд. – Джентри отработанным движением вышколенного слуги протянул руку, чтобы забрать бокал из рук Джейсона. – Позвольте, милорд. Я сейчас помогу вам подготовиться к исполнению ваших супружеских обязанностей. Это не займет много времени.
Джейсон посмотрел на Джентри свирепым взглядом:
– К вашему сведению, я с юношеских лет умею сам одеваться и раздеваться. Даже в самый сильный шторм в тесной каюте корабля я мог привести себя в порядок без посторонней помощи.
– Но тогда вы еще не были графом, – с невозмутимым видом произнес Джентри.
– Если память мне не изменяет, я до сих пор снимаю брюки сначала с одной ноги, потом с другой, и титул здесь совершенно ни при чем, черт подери! – выпалил Джейсон.
– Но…
– Я сам о себе позабочусь. Вам ясно, Джентри?
Джейсон стал медленно надвигаться на старого слугу, оттесняя его к двери. Отступая, Джентри нащупал ручку двери и, пробормотав извинения, выскочил из комнаты.
– Замечательно! Восхитительно, великолепно, неподражаемо, – пробубнил Джейсон и осушил еще бокал. Придется ему завтра заглаживать свою вину перед Джентри.
Развязывая галстук, Джейсон посмотрел на дверь спальни Рейчел. Интересно, она что-нибудь слышала? Догадалась ли, что все это из-за нее? Вполне вероятно. Джейсон с мрачным видом бросил рубашку на кучу одежды на полу. Он хотел налить себе еще бренди, но передумал.
Усевшись на стул, он снял ботинки и носки и босой обошел комнату, держа в руке бронзовый гасильник. Затушив последнюю свечу, он лег поперек кровати и уставился на полог над его головой. Сквозь просвет между тяжелыми гардинами был виден серебристый серп луны, ее таинственный свет падал прямо на лицо Джейсона. Но граф не замечал ничего. С открытыми или закрытыми глазами он видел перед собой лишь Рейчел. Вот она посмотрела на него с затаенной печалью, когда утром шла по проходу церкви к нему навстречу. А потом за завтраком она смотрела ему прямо в глаза, когда они стояли, сцепив руки, в которых держали шампанское. И наконец, вальс – прерывистое дыхание, широко открытые глаза, нежно заалевшие щеки.
Джейсон не мог сказать, сколько времени он пролежал, глядя отсутствующим взглядом на полог кровати, как вдруг услышат тихий стук в дверь, соединяющую его спальню с комнатой графини. Этот звук вывел его из оцепенения, он резко вскочил с кровати и тут же почувствовал легкое головокружение – последствие двух больших порций бренди, выпитых одна за другой. Сейчас, как никогда, Джейсону нужна была ясная голова.
Он пересек комнату и открыл дверь. На пороге стояла Рейчел в неясном золотистом мерцании одинокой свечи у нее за спиной. Она была в том же воздушном, полупрозрачном шелковом неглиже кремового цвета, которое Джейсон, спрятавшись за гардиной в салоне модной одежды, видел на ней в день примерки приданого. Обеими руками Рейчел судорожно сжимала кувшин для воды. От неожиданности Джейсон потерял дар речи.
– Мистрис Адэр забыла налить мне воды в кувшин со всей этой суетой сегодня, – выпалила Рейчел отрепетированную фразу. На самом же деле она чуть раньше вылила врду из кувшина под пальму, стоявшую в спальне у окна. – Я умираю от жажды, но мне не хотелось бы звонить и будить ее. Слуги так устали, у них было столько работы сегодня… Извините за беспокойство, могу я попросить у вас немного… воды?
