Правда, эта мысль тут же испарилась, как только Рейчел сказала ему, что их собираются обвенчать. Но в течение всего лета он опасался подходить к ней слишком близко, не говоря уже о том, чтобы обнять на глазах у восхищенной публики, из страха, что чувства возобладают над разумом и он потеряет контроль над собой. Джейсон отказывался это признать, но этот страх был единственной причиной его уединения в Фальконридже, в то время как соответственно этикету он должен был сопровождать свою невесту в Лондон на светские мероприятия.
И вот сегодня им придется танцевать. Слава Богу, в последний раз. Джейсон попытался сосредоточиться на этой мысли, направляясь по коридору в дамскую комнату, где его ожидала невеста. Они должны вместе сойти по широкой парадной лестнице вниз под аплодисменты всех собравшихся и открыть бал.
Рейчел была уже готова и ждала Джейсона в полном великолепии своего свадебного наряда, только массивный шлейф был теперь аккуратно закреплен на рукавах платья, чтобы не мешать во время танца. Она старалась не выдать своего волнения и молча стояла у большого овального окна, сосредоточенно глядя вниз на небольшой сад, который осень убрала в роскошный багряно-золотой наряд. Хэрри радостно вскрикнула, и Рейчел, обернувшись, увидела своего мужа. Граф стоял на пороге комнаты, блистательный и неотразимый.
– Графиня, вы позволите? Наши гости ждут нас, – произнес он торжественно.
– Вы хотите сказать, гости моего отца и вашего деда, – уточнила Рейчел и положила свою руку, едва касаясь пальцами, поверх руки графа.
– Вы совершенно правы, но Фокс тоже там, у подножия лестницы, сгорает от желания увидеть, как его дорогой «ангел» будет спускаться с небес на землю, чтобы озарить своим присутствием толпу смертных.
– Я с ним обязательно потанцую. Это большая честь для меня.
– Боюсь, что он сразу позабудет все, чему научили его наставники, – проговорил граф, но его голос потонул в буре аплодисментов, раздавшихся в тот момент, когда они оказались наверху лестницы и глашатай возвестил их появление.
Рейчел смотрела на сияющее лицо Фокса, пока они медленно спускались по широким ступеням, устланным коврами, и улыбалась. В огромном танцевальном зале тихо играл оркестр. Две огромные люстры, свисавшие с потолка, заливали все вокруг ярким светом сотен свечей.
Маркиз, очень довольный собой, дал сигнал дирижеру, затем кивнул своему внуку и Рейчел. Приглашенные стояли по всему периметру зала, обмахиваясь веерами и наблюдая, как молодые идут по отполированному до зеркального блеска полу из орехового дерева к центру зала. Как только они оказались на месте, оркестр заиграл вальс.
Джейсон подхватил Рейчел, и они закружились в вихре танца.
– Старый дьявол намеренно выбрал вальс, – проворчал граф. – Он сказал мне, что мы великолепно смотримся в танце.
– Какая жалость, что мы не столь великолепны во всем остальном, – ответила Рейчел, пытаясь справиться с головокружением, которое неожиданно почувствовала.
Джейсон обхватил ее за талию и с силой прижал к себе.
– Я припоминаю несколько случаев, графиня, когда мы были великолепны не только в танцах…
– К нашему счастью, тогда все обошлось без свидетелей, иначе не избежать бы нам скандала и осуждения в свете, – ответила Рейчел, задыхаясь.
– Я всегда был безразличен к скандалам и мнению света, так же как и вы, графиня.
– Да, но тогда я не была вашей графиней, и никто из нас не предполагал, что я когда-нибудь стану ею, – заметила Рейчел.
– Разрешите напомнить, что мы действуем по вашему плану, – холодно ответил Джейсон. – Вы будете моей законной графиней до тех пор, пока мой дед наконец не оставит меня в покое и не лишит титула и наследства. Тогда у вас останется Харли, возможно, и Фальконридж тоже, и никто не будет вам больше надоедать или мешать. Вы ведь именно этого хотели?
Слова графа больно ранили Рейчел. Он был несправедлив, и это злило ее. Ведь именно ему пришла в голову эта идея вступить в брак, но не иметь при этом физической близости. Он уедет в Америку. И он не придет к ней сегодня ночью.
Тогда она сама придет к нему…
– Сегодня ты обязательно должна надеть шелковое неглиже кремового цвета с красновато-золотистыми кружевами. Другое неглиже, из золотого атласа, наденешь завтра, когда вы приедете в Фальконридж, – поучала Хэрри сестру, расстегивая одну задругой несметное количество мелких пуговиц у Рейчел на спине. Тяжелый длинный шлейф лежал на кровати в ее спальне, которая находилась рядом с комнатой графа. Аккуратно расправляя складки, пожилая горничная скатывала его в рулон, чтобы убрать на хранение. Исподтишка она наблюдала за сестрами и прислушивалась к их разговору.
