Щеки Шарлотты вспыхнули при одном воспоминании о том, как его язык дерзко атаковал ее рот. Даже эта ванильная сладость не идет ни в какое сравнение с той сладостью, которую она испытала во время его дерзких прикосновений.
Почему она ответила ему с таким жаром? Майлс Уилмингтон и Джеймс – это как теплый дождичек и ревущий тайфун. А ведь она, кажется, любила Майлса. Поцелуи Майлса были щекочущими, нервными прикосновениями, в то время как Джеймс обрушил на нее лавину ощущений. Она поступит правильно, если будет держаться от него подальше. И в то же время она должна достичь своих целей.
Сможет ли она, находясь рядом с ним каждый день, не вспоминать о том наваждении, которое они пережили оба? Он назвал это искрами пламени. Как он мог тогда сохранять спокойствие? У нее было такое ощущение, что страсть словно опустошила ее. Она почувствовала слабость и собственную уязвимость. Шарлотта решительно покачала головой. Завтра будет новый день. Она будет делать все, что требуется, не включая свои чувства. Она практически вела хозяйство своей семьи, начиная с тринадцати лет. Ей приходилось сталкиваться со сложными проблемами, трудными людьми, большими потерями... Она сможет справиться. Обязана справиться. Вызов бросало лишь ее предательское тело.
На следующее утро Джеймс велел Коллину принести вещи Шарлотты в его кабинет. Под пристальными взорами двоих мужчин она извлекла заветную книгу из чемодана и обернулась к Джеймсу:
– У вас найдется нож?
Нагнувшись, он вытащил кинжал из ножен у щиколотки. Вопросительно подняв бровь, она молча взяла его. У кинжала была кожаная ручка и острое, словно бритва, лезвие.
– Осторожно, – предупредил он. Шарлотта лишь улыбнулась.
– Я умею обращаться с ножом.
Джеймс наблюдал за тем, как Шарлотта открыла книгу и с помощью кинжала содрала форзац. На глазах у изумленных мужчин она расширила отверстие, откуда извлекла пакет.
– Остроумно, – выдохнул камердинер.
– Не откажешь в изобретательности, – согласился Джеймс, потирая подбородок. – У леди, оказывается, много талантов.
Шарлотта развернула пакет.
– На стол! – скомандовал Джеймс, дополнив команду жестом.
Шарлотта разложила карту на столе. Придавив углы четырьмя пресс-папье, Джеймс стал разглядывать схему.
– «Napoleon ER I. Depart Elba», – прочитал вслух Коллин.
Джеймс указал на волнистую линию на карте.
– Вероятно, это Ла-Манш.
– Есть резон спрятать трофеи вблизи воды, чтобы легче перевезти, – предположил Коллин.
– И доставить на Эльбу.
Коллин указал на один из углов карты.
– Что изображено здесь, среди воды?
Подойдя с другой стороны стола, Шарлотта стала изучать карту. Затем зашла за спину Джеймса, продолжая разглядывать пометки.
– Эта карта сделана без соблюдения масштаба, – хмуро заметил Джеймс.
– Может быть, – предположил Коллин, – это маленький остров?
– Нет, – убежденно заявила Шарлотта. – Никакой это не остров. Это другая карта.
Джеймс поднял на нее глаза.
– Что вы сказали?
– Это карта внутри карты. – Шарлотта снова вгляделась в изображение. – Представьте, что вы хотите изобразить схему вашей фермы. Вначале вы изображаете общий план, чтобы сориентироваться, а затем, возможно даже на том же самом листе, вы изображаете свою ферму.
– Ей-богу, она права, – сказал Коллин. Прищурившись, Джеймс снова вгляделся в схему.
– В таком случае карта была сделана для того, кто уже в общем знает расположение тайника и нуждается лишь в дополнительных ориентирах.
– Именно так, – подтвердила Шарлотта и, в свою очередь, спросила: – Вы говорили, что карту перехватили на пути к жене Эджертона?
– Вдове, – поправил Джеймс. – Я понял, на что вы намекаете. Возможно, ей это что-нибудь говорит. – Помолчав, он добавил: – Она приходила к нам, чтобы сообщить о действиях Эджертона. Она честная женщина. – Джеймс задумчиво потер подбородок. – Опять же она может дать нам информацию об окружении Эджертона, а знакомых ему местах близ воды.
– Отличная идея, – заявила Шарлотта.
Она поняла, что принята в число тех, кто будет участвовать в поимке.
– У меня есть и другие ключи, которые помогут разгадать эту загадку. – Джеймс стукнул кулаком по столу.
– Давайте посмотрим, не смогли бы мы опознать еще какие-то символы. – Шарлотта подняла голову и улыбнулась ослепительной улыбкой.
Между розовых губ сверкнули ровные белоснежные зубы, в голубых глазах блеснули веселые искорки. Многие мужчины наверняка готовы были бы сложить голову за такую улыбку.
– В чем дело? – спросила она, поднося руку к волосам. Джеймс заставил себя встряхнуться. Он понял, что все последние мгновения он смотрел на Шарлотту, а не на карту.
– Я подумал, что это удача, что вы можете вместе с нами видеть эту карту. Ведь у вас взгляд художника.
Щеки у Шарлотты зарделись. Она снова обратилась к схеме, однако ей с большим трудом и не сразу удалось погасить довольную улыбку.
– Я думаю, что это какое-то сооружение в скале.
Джеймс подтянул стул и предложил ей сесть.
– Ну что ж, давайте приступим к делу.
Солнце ярко светило через высокое окно, когда часы пробили час, заставив Шарлотту вздрогнуть. Она оторвала голову от карты.
