Неизвестно, чем занимался Кристофер в процессе стажировки, но продержался он на новом месте всего полгода, и то только из уважения к его отцу. Друг семьи, банкир, человек весьма влиятельный сообщил Ламберту-старшему, стараясь щадить его отцовские чувства, что, к несчастью, его сын абсолютно непригоден к работе с финансами. «Я дал тебе все, что можно! – взревел отчаявшийся отец. – Я не понимаю, что еще тебе нужно!» «Я хочу быть только актером», – невозмутимо ответил сын.
Кристофер Ламберт решил, что сам вправе решать, кем именно ему быть. Он поступил в Парижскую консерваторию драматических искусств, заведение весьма престижное. Правда, и здесь все не было так гладко, как мечталось поначалу молодому человеку. Теория актерского искусства показалась ему предметом наискучнейшим, и он тосковал так же, как и тогда, когда его заставляли уяснять суть теории финансовых потоков.
Прошел год – мистическое число для Кристофера, и его отчислили за многочисленные прогулы. Но Кристоферу это уже было безразлично, поскольку свой волшебный мир он все-таки нашел: в это время он начал активно сниматься в кино.
Сначала фильмы, в которых играл Ламберт, были откровенно второсортными. Да и кто бы предложил главную роль человеку, который не может и нескольких шагов пройти без очков. Но однажды произошло чудо. Режиссеру захотелось, чтобы в одной из сцен Кристофер снял очки. Актер чувствовал себя крайне неловко: мир потерял для него привычные очертания; ему казалось, что любому будет заметно, что он ничего не видит, и он был крайне растерян из-за этого. И вдруг режиссер закричал, что это именно то, что он искал так давно: таких мерцающих, загадочных глаз нет ни у кого. С тех пор в рецензиях на фильмы с участием Кристофера часто встречалось устойчивое выражение: «Эффект мерцающих глаз Ламберта».
Благодаря этой характеристике актер стал известен кинозрителям мира в роли Тарзана и, конечно, борца с мировым злом Коннора Маклауда.
Что же касается личной жизни «Горца», то влюблен он был практически постоянно. В старших классах его отношения с девушками носили исключительно платонический характер. Кристофер всегда был уверен, что чувствует малейшее душевное движение своей избранницы. Не всегда этот дар был благом. Случалось, что Кристофер замечал: его девушка, находясь рядом с ним, думает о другом. Почувствовав подобные перемены в настроении возлюбленной, он немедленно уступал место неведомому сопернику.
Женщин у Ламберта было много, но предпочитал он, как правило, один и тот же характерный типаж, напоминающий клише сказочной принцессы. Актер признавался: «Я всегда ценил общество женщин белокожих, с пышными формами и яркими, сочными губами».
Особенно много у Ламберта было итальянок. Одной из самых запоминающихся его любовных историй был роман с известной итальянской телеведущей Альбой Пьеретти. Наивная женщина полагала, что Кристофер со дня на день сделает ей предложение, и даже открыто объявила об этом замечательном событии в прессе. Тем не менее уже на следующий день Кристофер немного охладил ее пыл, сразу и безоговорочно прервав такие нежные отношения. В свою очередь он тоже дал интервью журналистам, в котором заявил буквально следующее: «Я никогда не путаю любовь и секс. Я никогда не женюсь на женщине, с которой мне просто нравится делить постель. Настоящая возлюбленная должна уводить меня в мир грез». Естественно, а как же может быть иначе, если этому человеку нужен только волшебный мир; реальный чересчур тяготит его. Он не может позволить себе связи с обыкновенной, земной женщиной.
В первый раз Кристофер женился на довольно-таки известной актрисе Дайен Лэйн. Собственно, сначала он даже и не знал, что в этом случае не он выбирал, а его выбирали. Уж очень поразил воображение Лэйн Кристофер в роли Тарзана. Она решила, что непременно познакомится с этим парнем, а если он ей понравится, то обязательно женит его на себе. Лэйн была женщиной решительной, привыкшей брать на себя инициативу. Как-то оказавшись рядом с Ламбертом на съемках какого-то телешоу, Дайен первой подошла к своему избраннику, и с тех пор они практически не расставались. Этой любимой удавалось уводить Кристофера в мир грез более 10 лет. И все время инициатива была на ее стороне. Даже в тот знаменательный момент, когда Ламберту следовало сделать Лэйн предложение, та легонько, под руку подвела его к витрине магазина и, выразительно указав на обручальное кольцо, нежно проворковала: «Я хочу вот это». Тогда Кристофер все понял и сделал то, чего ждала от него она.
Десять лет инициативы – это и для Лэйн оказалось чересчур много. В 1994 году она не выдержала и подала на развод. Она больше не могла создавать мир грез; он давался ей все труднее. Кристофер отнесся к расставанию с женой философски. В интервью он сказал: «Все могло быть иначе, если бы мы оба не были актерами. Мы проводили по 8 месяцев врозь и за много лет устали реанимировать отношения после новой разлуки».
