Три года Ламберт провел холостяком, а потом встретил очередную принцессу – экзотическую метиску, в которой причудливо смешались иранская и японская кровь, Джеймиз Хафт. Кристофер был от нее в восторге, поскольку красавица вновь заставляла его грезить наяву и воображать все новые и новые чудесные сказки. Ламберт это подтверждал: «Она прекрасна как райская птица. Она вернула мне способность грезить наяву».
Джеймиз отвечала всем критериям, необходимым для того, чтобы стать женой своего взыскательного прекрасного принца из страны грез. Главное – она нашла общий язык с его дочкой от первого брака, а надо сказать, что эту малышку Кристофер просто обожает. Она очень любит сказки, так же сильно, как и он сам; они могут разговаривать на одном языке – взрослый, так и не сумевший вырасти, и ребенок. Ламберт абсолютно счастлив, ведь он добился всего, чего хотел: построил свой сказочный мир взамен унылой реальности, да еще оказалось, что сказка способна приносить неплохие доходы. Оставаться вечным ребенком, жить в шикарном доме, с упоительно красивой женщиной – о чем еще можно мечтать?
Единственное, что омрачает совместную жизнь семейной пары, – невозможность обойтись без разлук. Когда Кристофер активно снимался в голливудских фильмах, он купил себе дом в Калифорнии, куда перебрался из Парижа, но стоило ему немного осесть на новом месте, как вмешалась судьба: он получил приглашение на съемки новой серии «Горца» в Европе. А значит, снова нужно расставаться с семьей. Кристофер не может пропустить очередную серию своей волшебной сказки. Сказка для него важнее всего.
В артистических и журналистских кругах о Джеймсе Вудсе отзываются нелестно. Говорят, что он амбициозен, очень резок, не выносит репортеров. А еще считается, что Вудс груб и не стесняется в выражениях. Феминистки всего мира объявили его величайшим женоненавистником и врагом рода человеческого…
Почему Вудс ненавидит женщин? Возможно, причиной тому послужили два развода, после которых Джеймс уже не доверяет представительницам прекрасной половины человечества, считая всех женщин алчными и лживыми созданиями.
С первой женой Вудс расстался довольно мирно, а тот день, когда его вторая жена подала на развод, стал началом скандала, потрясшего весь Голливуд. Сенсационные признания Сары Оуэн попали на первые полосы газет. Оказалось, что в семейной жизни талантливый актер был отъявленным негодяем: он постоянно избивал жену, находя в этом какое-то садистское удовольствие. Сара надеялась, что развод избавит ее от пережитых мучений, но он стал лишь началом нового кошмара.
Но, прежде чем говорить о неудавшейся семейной жизни известного актера, совершим небольшое путешествие в прошлое и посмотрим, каким был Вудс до того, как к нему пришла мировая слава.
Когда Джеймсу было 12 лет, умер его отец. Вудс-старший скончался в больнице во время операции. После смерти отца Джеймс принял решение стать врачом. Он увлекся медициной, планируя в будущем быть глазным хирургом. Но, к его огорчению, с заветной мечтой пришлось расстаться: в подростковом возрасте мальчик налетел на стеклянную дверь, сильно поранил руку, повредив сухожилия, в результате чего его пальцы частично утратили подвижность.
В 17 лет Джеймс Вудс блестяще сдал тесты для поступающих в университет, и четыре колледжа немедленно предложили ему стипендию. Юноша, решив заняться политикой, поступил в Массачусетский технологический институт, который в середине 1960-х годов считался самым престижным в США. На вступительных экзаменах оказалось, что коэффициент интеллекта будущего студента равен 180 баллам! Это было невероятно, так как у многих преподавателей вуза этот коэффициент не превышал 150 баллов, а в правилах тестирования было написано: «Коэффициент от 170 баллов и выше говорит о том, что тестируемый – гений». Разумеется, Джеймса сразу же записали в будущие светила. Преподаватели буквально молились на талантливого студента, а тот не замедлил проявить наконец свой тяжелый характер.
Не стесняясь, Вудс вступал в споры с преподавателями и, поскольку всегда выходил победителем, сильно подрывал их авторитет перед другими студентами. Доказывая свою правоту, Вудс легко цитировал иностранных авторов, причем всегда на языке оригинала. Его феноменальная память поражала даже преподавателей с высокими учеными степенями.
Так, однажды, поспорив с сокурсниками, Вудс цитировал несколько статей Гегеля, начиная с любого выбранного кем-нибудь наугад абзаца. Разумеется, на языке оригинала.
Стоит ли говорить, что в институте его за это ненавидели, а он в свою очередь презирал как студентов, так и преподавателей за серость и тупоумие.
