Я всегда чувствовала себя старшей, и сейчас ничего не изменилось. Я всегда была ответственна за жизнь сестры и за её состояние. И вот в эту минуту с моих плеч словно свалился неподъёмный груз. Я прекратила заставлять себя переживать за других людей, даже за родственников. Надо отпускать их. Они вернутся, когда я буду им нужна. Если нет, то просто пойду дальше, и когда-нибудь мы вновь встретимся, чтобы вспомнить прошлое. Хорошее прошлое для каждой из нас. У меня – сын и любовник король Альоры. У Инги – веселье, клуб и развратник Дин. У Мег – стабильная скучная работа и серьёзный Калеб. У Эни – постоянное общение и её жених, подготовка к свадьбе и будущее, о котором она мечтала. Так что лезть со своим уставом и виденьем чужой жизни – огромная ошибка. Мы можем лишь советовать, но их право прислушиваться к нашим словам или же нет. Большего сделать мы не в силах. С этим тоже надо смириться.
Забираюсь в кровать и прижимаюсь к спящему Дерику. Видимо, не у меня одной был сложный день, как и неделя. Он сонно притягивает меня к себе, целует в макушку.
– Наконец-то, ты дома, Джина, – бормочет Дерик.
Вот ради этого и нужно учиться быть лучше. У меня есть, куда и к кому возвращаться. Надеюсь, что теперь всё будет хорошо и спокойно. Хотя… вряд ли.
Из-за слов Инги и встречи с ней я сплю ужасно. Мне снятся репортёры, ужасные заголовки в прессе и преследование меня и Нандо. От этого моя голова утром буквально раскалывается, и меня тошнит от недосыпа. Я даже есть не могу. Хорошо, что у меня сегодня выходной, и я могу немного отдохнуть. Снова спать, играть с Нандо и гулять с ним в саду. Опять спать…
– Джина!
Громкий крик Дерика заставляет меня резко сесть на кровати с сумасшедшим сердцебиением.
– Джина! Нандо!
Нет, мне не приснилось. За окном уже ночь, и я прилегла в комнате Нандо, после вечернего кормления.
Выскакиваю в коридор и сразу же натыкаюсь в темноте на Дерика. От испуга вскрикиваю.
– Мисс Хэйл, всё в порядке? – Из спальни выбегает Марина. Я в недоумении смотрю на Дерика.
– Не знаю…
– Да-да, всё хорошо. Не волнуйтесь. Я думал, вы ещё не спите, – отвечает Дерик.
– Ох, мисс Хэйл сегодня чувствовала себя плохо. Я пойду к Нандо, чтобы не мешать вам. – Марина проскальзывает в детскую и закрывает за собой дверь.
– Дерик, что случилось?
– Ты чувствуешь себя плохо? Что с тобой?
Тяжело вздыхаю и пожимаю плечами.
– Хочешь чай и перекусить?
– Да… да, хочу.
Дерик крепко держит меня за руку, и мы спускаемся вниз. Он сам ставит чайник и достаёт вафельницу. Давно я ей не пользовалась. В тусклом свете только одной горящей лампы вижу, что он чем-то сильно обеспокоен.
– Не хочешь рассказать, почему ты орёшь в одиннадцать часов ночи, Дерик? – тихо спрашиваю его, пока он, словно на автомате, замешивает тесто для вафель.
– Заработался и когда увидел, сколько времени, сразу же поехал сюда. Темно. На улицах ни души. Наверное, переутомился, – хмурится он.
– Что-то произошло в политической сфере?
– Нет-нет, просто много бумажной работы и переговоров. Отчёты, советы и… не важно, – целует меня в висок и продолжает готовить вафли. По кухне разносится прекрасный аромат, а мой желудок урчит. Ещё бы после такого стресса.
– А ты? Почему Марина сказала, что ты себя плохо чувствовала, Джина?
– Ох… ничего. Видимо, тоже переутомилась, как и ты, – отвожу взгляд.
– Джина.
От его настойчивого тембра мне приходится пересилить себя.
– Вчера видела Ингу. Она рассказала про всякие слухи, публикации в газетах и гадкие статьи. Чушь какая-то ночью снилась, проснулась с ощущением, словно я вчера много пила. Знаешь же, голова становится огромной, тошнота, озноб. В общем, я слишком мнительна, а ты мне ничего об этом не говорил, – шепчу.
– Всё настолько плохо? – добавляя, поднимаю на него взгляд.
– Если было бы плохо, я тебе точно бы сказал. Слухи – нормальная вещь, когда ты встречаешься с королём, и это тайна, Джина, – усмехается Дерик.
– То есть они мусолят наши постельные темы и не только наши? Боюсь читать газеты, если честно. Я просто боюсь…
– Джина, – Дерик обнимает меня и притягивает к себе.
– Я обещал, что вас никто не тронет, так и будет. Пусть думают, что хотят. Я имею право общаться с кем захочу и держать на руках любых детей. Эни уже пригрозила им, но это независимая газета, и мы сами дали разрешение писать то, что им вздумается. Ничего. Они успокоятся. Тебе не нужно об этом переживать, но раз уж зашла эта тема, – Дерик отпускает меня и выкладывает на тарелку вафли, – то снова установи сигнализацию и включи все датчики. Ты ведь не хочешь переезжать в замок, да?
– Нет, не хочу.
– Значит, усилим безопасность нашего дома. А также закрывай ворота, двери и окна. Не бойся, это всего лишь средство перестраховки, и мне будет куда спокойнее, когда вы здесь одни. Хорошо?
– Ты думаешь, что они могут залезть сюда?
– А чёрт их знает, Джина. Это ведь репортёры. Сплетни, сенсации – это их хлеб. Но тебе не стоит переживать. Время пройдёт, и всё утихнет. Мне всегда будут приписывать романы с любой из встретившихся мне женщин, но ты должна знать, что я принадлежу вам с Нандо. Ты ведь помнишь об этом?
