– А что? Разве нет? Мы всегда будем страдать из-за тебя, Редж, потому что ты нам не безразлична. Мы будем рядом, когда тебе плохо. Наши жизни не были бы настолько увлекательными, если бы не ты. Мег не влюбилась бы в этого странного парня, который слишком серьёзен. А я, наверное, не захотела бы двигаться дальше и понять, что не просто кукла с красивым лицом, и меня можно терпеть лишь в пьяном виде, но и по утрам я для кого-то тоже человек с собственными чувствами. Так что, Редж, да, мы страдаем и будем это делать даже тогда, когда ты этого не видишь.
Я настолько удивлена словами Инги, что сразу не могу правильно отреагировать, просто ловлю её тёплый взгляд.
– Кристин, – произношу я.
– Когда ко мне приехала Кристин, то я соврала насчёт мотива её поступков. Она предупреждала меня о том, что Нандо лишний в жизни Дерика. Кристин однажды уже провела меня и, вынудив сделать то, что хотела она. Именно благодаря ей я узнала о Дерике всю правду. И я же заставила его стать королём. Она говорила, что я испорчу жизнь Дерику этим ребёнком, и мне лучше свалить из Альоры. Кристин уже тогда угрожала мне и уж точно была крайне уязвлена тем, что приехавшая охрана защитила меня по приказу её брата, которого она видела всегда одиноким. Я думаю, что Кристин причастна к похищению Нандо. Марина не могла провернуть всё в одиночку. А ещё Ван Досс. Он тоже имел мотивы.
– А ты Дерику об этом рассказала? – шепчет Мег.
– Нет. Мне стыдно смотреть ему в глаза. Я ему врезала и прилично, и даже не помнила об этом. Я была слишком поглощена своей болью, хотя и теперь ничего не изменилось, только думать порой могу трезво. Без эмоций. К тому же в нашу последнюю встречу я поставила точку. Он сказал, что отказался от Нандо и представил меня всем, как свою шлюху. Так что пусть сам увидит, кого всегда ставил на первое место. Мне сейчас плевать на его чувства, о моих он никогда не думал, – раздражённо передёргиваю плечами.
– Редж, Дерику тоже хреново. Ты встань на его место, – предлагает Инга.
Цокаю и закатываю глаза.
– Он не встал на моё. Вместо того, чтобы вместе пережить всё, открыться друг другу, просто разорвал ту нить доверия, которую я каждый день плела. Именно я, мирясь с его заскоками. А сколько раз он оскорблял меня? Не сосчитать. Я думаю, что нам не следовало сближаться после рождения Нандо. Мы совершили огромную ошибку, которую уже не исправить. Все слова уже сказаны. Все точки расставлены. Мы увидели, что никогда не сможем быть командой. Никогда. Мы одиночки. Он и я. И сейчас я хочу лечь спать. – Поднимаюсь из кресла и, не обращая внимания на девочек, забираюсь в постель.
– Не хочу добивать тебя, Редж, но ты сильно ошибаешься насчёт Дерика. Именно ты сейчас совершаешь ошибку, отворачиваясь от него. Прости, ты моя подруга, и я имею право говорить тебе правду. Она грязная, но она ваша. Вы оба поступаете нечестно и жестоко друг с другом, а лишь потому, что трусите друг перед другом. Отдыхай, мы останемся в замке, – с этими словами Мег уводит Ингу, а по моей щеке скатывается слеза.
Я всё это знаю. У меня было много времени подумать.
Надо же, какая насмешка, с этой спальни всё началось, и в ней же всё умирает. Это проклятое место для меня. Оно буквально убивает всё хорошее, оставляя после себя тошнотворное болото грязи.
Едва наступает рассвет, мне уже плохо от наступившего дня. Очередной день без новостей. Нандо до сих пор не нашли, а уже прошло так много времени. Марина могла с ним уехать на край света, но вряд ли. Она где-то в Европе, которая, оказывается, очень большая.
Борюсь с головной болью, отсутствием аппетита и непонятным состоянием. Тело буквально трясёт изнутри, словно мне требуется пробежка на пару километров. Или я уже настолько устала от этих стен, что хочется просто свалить отсюда.
Дверь за спиной распахивается, и я, оборачиваясь, закрываю шкафчик комода. То немногое, что осталось у меня от сына, я перекладываю каждый день, чтобы ещё раз окунуться в аромат памяти.
– Герман? Есть новости? – спрашивая, взволнованно смотрю на него. Он отходит в сторону, пропуская в комнату Калеба, а затем Дерика.
– Что случилось? Вы нашли Нандо? – выкрикивая, зло оглядываю каждого.
– Ещё нет, но…
– Меня задолбали ваши «но», Калеб! Где мой сын? – рычу, сжимая кулаки.
– Всё зависит от тебя, Джина. – Дерик швыряет конверт, и он не долетает до меня.
– Прекрати, – тихо шипит Герман.
Озадаченно поднимаю конверт и достаю оттуда открытку из Ниццы. Моё сердце до боли сжимается в груди.
