- Нет… не думаю. Не знаю, - отчаянно бормочет девушка, продолжая ерзать напротив моих пальцев.
- Ты хочешь, чтобы ничего не было, Лана? - хрипло шепчу я, чувствую, как ее ноги начинают мелко дрожать, сигнализируя мне о том, насколько она близко. Мои пальцы прекращают движение, но я не убираю их, плотно прижимая к пульсирующему бугорку под намокшими от ее соков трусиками, чувствуя кожей потребность ее тела в разрядке.
- Нет, - мотает головой девушка, влажные пряди падают на ее покрытый испариной лоб, прилипая к губам. Я резко убираю руку, и она возмущенно хнычет.
- Нет? - яростно рычу, стискивая пальцами ее скулы, заставляя смотреть мне в глаза. - Хочешь остаться без сладкого, малышка?
- Я хочу, - ее голос срывается, она тянется к моим спортивным штанам, но я перехватываю ее запястья и делаю шаг назад.
- Если хочешь, то покажи, как сильно, - моя улыбка становится нервной, я чувствую, как бешено пульсирует венка на виске, каменный член болезненно упирается в хлопковую ткань, натягивая ее и привлекая жадный взгляд Русланы. Она облизывает припухшие губы, и я издаю невольный полурык-полустон. Е*ать, она меня до инфаркта доведет.
- Как? - растерянный поплывший взгляд черных глаза скользит по моему телу.
- Сними трусики, - отдаю я хладнокровный приказ, но он только звучит уверенно, на самом деле мне приходится активизировать последние сдерживающие механизмы. - Сама. Давай. Это должно быть твое решение, детка.
- Ты издеваешься, - на порозовевшем лице мелькает замешательство.
- Ты повторяешься, - ухмыляюсь я. - Я говорил, что ты должна попросить. Но сейчас мне достаточно того, чтобы ты просто сняла свои гребаные мокрые трусики и отдала их мне. И завтра, когда ты будешь записывать лекцию в аудитории, они будут лежать в моем кармане, напоминая, какой испорченной может быть моя самая прилежная студентка.
С губ Русланы срывается нервный смешок, но мы зашли уже слишком далеко, чтобы остановиться. Робким движением она скользит пальцами по своим бедрам и, закусывая нижнюю губку, с обиженным хныканьем медленно спускает вниз по подрагивающим стройным ногам свои кружевные стринги, снимает их и сжимает в кулачке, смущенно глядя на меня. Сдвигает колени, закрывая мне доступ к интимному местечку между бедрами.
- Положи их рядом, - продолжаю я раздавать жесткие указания. Она исполняет, вызывая у меня удовлетворенную голодную улыбку, - Подвинь свою попку немного назад. Еще. Хорошая девочка. А теперь согни ноги в коленях и раздвинь, поставив пятками на край стола.
В расширившихся зрачках отражается растерянность. Щеки становятся бардовыми.
- Мой язык уже был в тебе. Чего ты стесняешься, Лана? - с мягкой иронией спрашиваю я. - Давай, покажи, насколько ты смелая, девочка.
- Боже, я не могу. Алекс…. - шепчет она, взволнованно.
- Сними свой топ, - стискивая челюсти, требую я, решив дать ей время на избавление от ненужных ни мне, ни ей комплексов, которые только мешают получению настоящего удовольствия. И это задание ей удается гораздо проще. Подняв руки, она избавляется от верхней части одежды и… закрывает груди ладонями. Качая головой, я хрипло смеюсь, и она обиженно поджимает губы. - Юбку, - продолжаю я испытывать ее добродетель, которая давно и безвозвратно утеряна, что меня несказанно радует. Но вот можно ли верить в историю о троих любовниках, вопрос отдельный. Женщины никогда не называют цифру больше трех. Ты всегда или второй, или, если ей хочется показаться более искренней и открытой, то можешь оказаться третьим или четвертым. Пятым - в крайне редком случае. Ну, а если женщина потеряла счет своим увлечениям, то предпочитает молчать на эту тему. Не помню, чтобы я раньше затрагивал ее. Может быть, очень многое нам с Ланой придется сделать впервые. Вместе.
Юбка летит на пол, и я у меня дыхание перехватывает от вида обнаженной Русланы в одних чулках, стыдливой пытающейся прикрывать себя руками и черными как смоль волосами.
- Обалденно выглядишь, малышка, - вырывается у меня. И это абсолютная правда. - А теперь раздвинь ножки так, как я просил. Я хочу посмотреть на тебя.
- Пожалуйста, сделай это сам, - умоляет она, отчаянно глядя на меня.
- Мне нравится твое смущение, но в аудитории. Здесь оно лишнее, детка, - произношу я, чувствуя, как кровь горячими потоками устремляется в паховую зону. Я берусь руками за резинку домашних брюк и резко спускаю их вниз. Едва удерживаюсь от смеха, когда Руслана, вскрикнув, закрывает ладонями лицо.
