- Со мной ты многое попробуешь впервые, - ухмыляясь, обещает Алекс, вновь переворачивая в груди мое сердце. - Ты естественная. Мне нравиться в тебе это. Настоящая, - млею от его ласкового шепота, потираясь щекой о его щетину. - И я хочу, чтобы ты взяла это, - Алекс протягивает мне ключ-карту от его квартиры. - Будешь приходить в любое время и писать сколько душе угодно. Пора браться за серьезную работу, Лана.
Я благодарна ему за эти слова, потому что так еще больше ощущаю ту самую эмоциональную близость, которую я так жаждала получить. Просто… я бы хотела, чтобы секс был не единственным путем, которым я могу взять ее.
Нам нужно остановиться, Алекс, - хочется кричать мне. И в то же время так хочется верить в сказку, загадать сотни желаний, сжимая снежинки в ладони.
Хочется верить, что все не зря, что у Вселенной есть на нас планы, и с самого начала она вела нас друг к другу, пока не столкнула в дерьмовое утро на одном из перекрестков Манхэттена. Я до сих не понимаю, судьба нас связала или выбор, и способна ли я отказаться от Алекса по своей воле, или нас разлучат или наоборот сблизят предопределенные события?
- Ты можешь не смотреть на меня так, когда мы пишем? - хнычу я, сидя прямо напротив Алекса. Вопреки нашему типичному сценарию мы действительно сразу приступили к написанию скандального романа, наскоро обсудив его за ужином. Мы постоянно дополняли друг друга, пока планировали дальнейшее развитие сюжета. Невольно начала верить в телекинез - я принималась в красках описывать Алексу очередную свою безумную идею, но он заканчивал мою фразу вместо меня и каждый раз попадал в точку. Мурашки по телу от подобного. Я всерьез задумалась о том, нет ли у Джордана какого-нибудь новейшего секретного изобретения, который позволяет ему читать мои мысли. Хотя…думаю, Алекс удивлялся не меньше, когда я читала его. Некоторые, конечно. Несмотря на необъяснимую близость между нами, я до сих пор знала о нем так мало, а он не спешил мне рассказывать свои тайны. Возможно, мы оба долгое время своей жизни оглядывались назад…я жила, тоскуя по маме и злясь на непонимающего и не принимающего меня отца, а Алекс…на что оглядывался он? Я не знаю, но уверена, что когда-нибудь он расскажет мне о том, какие демоны терзают его душу и постоянно вырываются на бумагу, превращаясь в обжигающие душу романы. Ну а сейчас мы просто начали жить в моменте, наслаждаясь друг другом. И это одно из самых волшебных чувств на свете. Жить здесь и сейчас с человеком, с которым тебе невероятно хорошо и тепло. С человеком, с которым ты смотришь в одну сторону.
Я не хочу просыпаться.
- Ты итак у меня все с языка снимаешь. Мы готовы. Пишем дальше, - деловым тоном заявил Алекс сразу после ужина, и я безумно благодарна ему за то, что он не приставал ко мне. Я действительно хотела поскорее уйти в мир наших пока еще заблудившихся в своих жизнях героев, которые были мне как никогда понятны и близки.
- А как я на тебя смотрю? - Джордан делает глоток из небольшой серой кружки, и я нервно хихикаю, наблюдая за тем, как он начинает ворчать. - Черт, кофе закончился. Какой черт придумал такие маленькие кружки?
- Я принесу нам кофе. Заодно и сладкое. Эта бесконечная мозговая активность из меня все силы выкачивает, - приставляю два пальца к виску и, отодвигая ноутбук, встаю с кресла. Алекс расплывается в голодной ухмылке, окидывая меня своим фирменным плотоядным взглядом:
- Сладкого захотелось, говоришь? Я не против сделать перерыв, - черт, мне показалось, или он поправляет рукой свою эрекцию?
- Никакого «такого» сладкого мне пока не нужно. Работаем, милый. Надеюсь, в шкафу остались ириски, - взъерошив его волосы, наспех целую в уголок губ, и пока он не перешел в наступление, быстро убегаю на кухню, слыша что-то в духе:
- Не там ищешь ириску, Руслана! - расплываюсь в глупой улыбке в ответ и делаю нам кофе.
Мы пишем еще около трех часов. Без остановки, неустанно стуча по стертым буквам на клавишах. Обычно я изредка останавливаюсь, чтобы обдумать то или иное предложение, но не сейчас. Не в соавторстве с Алексом. Я творю, находясь в абсолютном состоянии потока и вдохновения, и весь спектр эмоций, который я испытала за последние дни, бесконечной бурей выливаются на «бумагу», превращаясь в переплетение музыки наших душ.
- Подними юбку, - вдруг приказывает Алекс, когда я добираюсь до первой сцены сближения героев. Судя по дьявольскому блеску в его глазах, он тоже до нее добрался.
- Что?
