— Тогда вы можете быть свободны. — Петровская сделала резкое движение, будто хотела сбросить все бумаги со стола, но в последний момент, вспомнив о присутствии Русакова и мадам МакГрайв, сдержалась.
Истомин покинул кабинет вместе с четой Русаковых. До выхода из Гимназии все шли молча. На скамьях холла расположились студенты и их родители, которых тоже вызвали для дачи объяснений. С одной из скамей поднялась Астра.
— Ну, что там? — спросила она у Агнессы.
— Да ничего особенного, — пожала плечами Агнесса. — Ты маму ждёшь? Вряд ли она скоро освободится. — Агнесса окинула взглядом ждущих своей очереди студентов.
— Тебя подвезти? — спросил Русаков у Астры, не глядя на неё.
— Было бы замечательно, — улыбнулась Астра.
Русаков двинулся к выходу, Астра последовала за ним.
— Всего хорошего, — сказала Агнесса Истомину и пошла следом. Но на миг Истомин поймал её внимательный взгляд. Как будто она что-то знала, но предпочитала придержать до определённого момента, чтобы потом, когда всё раскроется, насладиться эффектом.
Через несколько дней десятая ступень сдавала итоговое эссе по валеологии. Получив темы, студенты расселись за длинными столами в просторной лекционной аудитории. За окном хлестал ливень, по стеклу сплошной пеленой стекали потоки воды. Агнессе попался простой вопрос, нужно было всего-то обосновать необходимость регулярных физических нагрузок и привести примеры.
Спустя пару минут после начала работы в дверь проскользнула Тяпкина-старшая. На цыпочках подошла к кафедре. Пока Тяпкина, наклонившись к его уху что-то шептала, Истомин медленно осматривал аудиторию. Потом его взгляд метнулся к Агнессе. Он коротко кивнул Тяпкиной, и она бесшумно выскользнула в коридор. Ещё раз внимательно глянув на Агнессу, Истомин отвернулся к окну.
Агнесса закончила писать чуть раньше положенного. Когда она подошла сдать работу, Истомин, подавшись вперёд, шёпотом произнёс:
— Вас ждут в администрации.
Молча кивнув, Агнесса вышла из аудитории и отправилась в кабинет директора, где теперь обосновалась Третьякова. Ученицу встретили мрачным взглядом, не обещавшим ничего хорошего, и лишь коротким кивком пригласили в кресло для посетителей. На диванчике сбоку устроился Глеб Русаков. В идеальном костюме, закинув ногу на ногу, Русаков барабанил пальцами по подлокотнику. Агнесса знала, что если её отец старался казаться вальяжно-расслабленным, значит, что-то шло не так.
Рядом с Третьяковой сидел светловолосый осанистый мужчина средних лет в форме Службы безопасности.
— Агнесса, — произнесла Третьякова с плохо скрываемым волнением в голосе, — это майор Литвин, у него есть к вам пара вопросов.
— Вы Агнесса Глебовна Русакова? — спросил Литвин, достав планшет и что-то в нём отметив.
— Да, — кивнула Агнесса.
— Расскажите, где вы были вчера вечером в промежутке от семи тридцати до восьми часов.
— Почему вас это интересует? — спросила Агнесса и чуть не подпрыгнула от резкого треска. Её отец вдарил кулаком по подлокотнику дивана, так что тот чуть не проломился. Мягко улыбнувшись, Русаков расправил ладонь и снова, как ни в чём не бывало, откинулся на спинку. Третьякова с трудом перевела напряжённый взгляд с него на Агнессу.
— Нам поступило заявление, — сказал Литвин после паузы. — В указанный промежуток времени некто напал на девушку по имени Карина Мурашкина, она же Леопольдина Ашкинази-Ростова. Вы с ней знакомы?
— Не близко, — спокойно ответила Агнесса. — И что с ней случилось?
— Некто ударил её куском железной арматуры по голове.
— И причём здесь я?
— Она утверждает, что это сделали именно вы.
Агнесса только молча смотрела на Литвина. Впервые в жизни она не знала, что сказать.
— Где вы были вчера в период от семи тридцати до восьми часов вечера? — тихо и чётко повторил вопрос Литвин.
— Я ехала домой, — наконец сказала Агнесса.
— Вы ехали с водителем? — спросил Литвин, сделав пометку в планшете.
— Нет, на метро.
— Разрешите вашу карту? — Литвин двумя пальцами взял транспортную карту, протянутую Агнессой, и отсканировал чип. — Хорошо. Так что вы можете показать относительно нападения?
— Ничего, — чётко произнесла Агнесса. — Я Мурашкину вчера вообще не видела.
Планшет Литвина тихо булькнул.
— Итак, — произнёс майор, проведя пальцами по экрану. — Вчера вы оплатили своей картой проезд на станции «Лабиринт». Было это в двадцать ноль две. Верно?
— Верно, — кивнула Агнесса, краем глаза заметив, как у отца чуть дёрнулось лицо.
— А за несколько минут до этого некто напал на вашу знакомую всего в одном квартале от этой станции.
Агнесса молчала. Происходящее не умещалось в восприятие и походило на противный сон, из которого не получается выбраться.
— Эта Мурашкина, она видела того, кто её ударил? — спросил Русаков совершенно спокойно, даже дружелюбно. Плохой знак.
— Да, удар пришёлся по лбу. У неё рассечение брови, сотрясение и лёгкое косоглазие.
— Всего-то? — поднял бровь Русаков.
